Наша позиция – это независимость и самые добрые отношения с Россией

Это интервью Президент РА С.Багапш дал два года назад немецкому информагентству. В республиканской печати публикуется впервые

– В прессе появляются заметки по поводу того, что России нежелательно признание Абхазии другими государствами – так как она одна хочет здесь присутствовать и влиять, в том числе экономически, политически. После Никарагуа никто больше и не признает Абхазию. Почему? Неужели Россия мешает?

– Этот вопрос в принципе исключается как таковой. Такие вещи говорят люди, которых близко нет к той политике, которую проводит Россия. Я имею достаточную информацию, поэтому могу точно сказать, что и по Центральной Америке, и по Европе, и по африканским странам Россия – единственный и сильный наш помощник в признании Абхазии мировым сообществом. И те опасения, которые есть в обществе: вот Россия сегодня помогает, а что завтра Россия получит от Абхазии? – безосновательны. Ну что ей от Абхазии нужно такого, чего нет сегодня в России? Территория? Я своим оппонентам говорю: «Возьмите карту и посмотрите территорию России и территорию Абхазии». Не нужно акцентировать внимание на том, чего и близко нет. Есть одно: государство Россия и его Президент, который практически поссорился с полмиром, но признал Абхазию и Южную Осетию. И до сих пор это отражается на взаимоотношениях России с миром: то, что происходит и в финансовой сфере, и в делах с нефтью, и с газом – это все звенья одной цепи. Да, конечно, будет у нас влияние России, будут экономические связи с ней. А как вы хотели? Чтобы нам давали инвестиции, нас защищали, а мы сказали: «Мы вас не хотим»? Такого не будет, во всяком случае пока я руковожу Абхазией, у нас с Россией будут самые добрые и хорошие отношения.

– Это уже известный в определенных кругах факт, что руководство Российской Федерации предлагало создать конфедеративный союз между Абхазией и Южной Осетией с правом вхождения в него в будущем Грузии, и что вы от этого отказались категорически. Какими видите отношения Грузии и Абхазии в перспективе? Возможен ли какой-либо союз или вхождение Абхазии в Грузию? Такие факты в истории были, а история, говорят, повторяется…

– Такое предложение было на самом деле. Это был один из вариантов Министерства иностранных дел Российской Федерации. И его предложили мне и Эдуарду Кокойты: создать конфедеративные отношения между Южной Осетией и Абхазией. Было практически готово Соглашение. И в одном из его пунктов было написано: если Грузия проведет референдум, референдумы пройдут и в наших республиках, дадут добро на конфедеративное устройство в будущем и так далее…

Конечно, мы с этим не согласились. И это был для нас непростой период, были непростые недели, когда решался этот вопрос и в целом вопрос нашей независимости. Я прямо тогда заявил: «Если таким образом будет решаться вопрос, то я поеду домой, напишу заявление об уходе с поста, а там пускай избирают нового президента, и он решает, какие отношения выстраивать с Грузией – федеративные, конфедеративные… Это будет уже не мой вопрос».

То же самое сказал Эдуард Джабеевич Кокойты. И мы вместе попросили Дмитрия Анатольевича Медведева уйти от этого варианта, и, к чести российского Президента, он сказал: «Я все понимаю. Главное, что говорят ваши народы и вы. И я готов решить так, как решили вы».

Сейчас некоторые оппоненты говорят, что при любом варианте нас признали бы, кто бы там ни был президентом. Скажу, что было посложней и с Кодорским ущельем, и с вводом российских войск, и с нашим участием во всех этих операциях. Все должно было быть очень продуманно. Мы не все говорим нашим гражданам. Наверное, и не нужно. Есть вещи, которыми занимаются президент, министерства, ведомства. Это большая нервотрепка, и ставить все время в стрессовое состояние свой народ ни один президент себе не позволит. Я не к тому говорю, что мы сделали что-то сверхъестественное. Да, так сделал бы любой президент, который любит свой народ и свою землю. Сложно было? Да, было сложно. Не сейчас, а чуть попозже я опубликую этот материал – Соглашение, оно есть у меня. Мы никогда на конфедеративный вариант не пойдем. Что касается вхождения в Грузию на каких-либо условиях, то ни на каких условиях никакого вхождения в Грузию ни сейчас, ни в будущем – ни конституционно, ни через сознание нашего народа – больше не должно быть. Да, мы живем в реальном, тяжелом мире, поэтому мы должны понимать одну вещь: здесь все может произойти. Могут быть форс-мажорные обстоятельства, может Грузия вступить в НАТО. НАТО – мощная структура. Ведь мы поэтому быстро все форсировали, чтобы заключить военное соглашение с Россией, чтобы здесь встала Россия – дружественная нам страна. Не просто же мы это делаем?! Поэтому говорить о том, что Абхазия когда-либо будет в составе Грузии, уже не придется.

Когда состоялась моя первая встреча с Дмитрием Медведевым в Огарево, мы обговорили ситуацию, которая складывалась между Грузией, Абхазией и Южной Осетией. Уже тогда я изложил нашу позицию: «Дмитрий Анатольевич, я вас хочу поставить в известность, что мы готовы рассматривать любые вопросы, которые касаются России и наших отношений с ней, что я понимаю политическую сложность России в плане признания Абхазии (это было время, когда Медведев только пришел на должность главы государства), но есть один вопрос, который мы никогда не будем рассматривать ни с кем, даже с Россией. Это вопрос того, что мы больше никогда не будем в составе Грузии. Потому что народ Абхазии высказал свою позицию. Позиция эта – независимость и самые добрые отношения с Россией».

Самой России сегодня так же не нужно вводить в свой состав Абхазию и Южную Осетию.

– На Западе хотят доказать, возможно, с подсказки Грузии, что Россия аннексировала Абхазию. А признаками аннексии называют:

а) российский рубль и пенсионное содержание граждан Абхазии;

б) российское гражданство у граждан Абхазии;

в) нахождение на территории Абхазии российских войск.

Какова ваша точка зрения на такое мнение?

– Грузия все послевоенные годы, да и в предвоенные тоже – с конца 80-х годов – наделала очень много глупостей. И продолжает их делать до сих пор. Что касается российских военных – я начну с конца твоего вопроса, – то это мы попросили заключить срочно военное соглашение после признания Абхазии, чтобы Россия в Абхазии встала капитально. Россия сегодня является гарантом стабильности как в Абхазии, так и на всем Южном Кавказе.

Что касается российского гражданства, то, еще будучи премьер-министром, я встречался с Шеварднадзе в Тбилиси по поручению Первого Президента Республики Абхазия Владислава Ардзинба. Мы с Шеварднадзе долго говорили один на один. Одним из вопросов, который я тогда предложил обсудить, был вопрос получения гражданами Абхазии международных паспортов, чтобы они могли выезжать за пределы Абхазии. В те годы была жесточайшая блокада нашей республики. Есть разные варианты международных паспортов: оонов-ские, нансеновские, которые являются временными удостоверениями личности. Шеварднадзе категорически все отверг, сказав, что ничего невозможно. Я сказал: «Тогда будет другое: граждане Абхазии через 3-4 года станут гражданами Российской Федерации». «Это исключено», – возразил мне Шеварднадзе. Я ответил: «Не исключено. Это возможно». Так и получилось в итоге. Поэтому никакого нонсенса здесь нет, это мы осознанно выбрали свой путь. Нам нужно было выживать, строиться. Ты же помнишь, в каких условиях мы жили? Никто из западных стран тогда и не спросил: «Как вы живете после войны, чем дышите, как живут ваши дети, болеете или не болеете?». А болели много, потому что территория Абхазии в результате войны с Грузией была захламлена всякой гадостью, грязью – тем же жидким хлором, который мы смогли вывезти совсем недавно. Это также ртуть, отходы Физико-технического института и Института экспериментальной патологии и терапии. Мы смогли убедить руководство России и вывезли все это из Абхазии, теперь наша республика экологически чистая. То есть никто другой в этом нам не помогал, только Россия помогала.

И конечно, нам нужны были паспорта, нужно было гражданство, нам нужно было, повторяюсь, выживать. И мы правильно, осознанно сделали свой выбор – выбрали страну, которая пошла на это, выплачивая также нашим гражданам пенсии. Меня многие западные журналисты спрашивают: «Как это возможно? Вы – независимое государство, и в то же время у вас живет столько граждан Российской Федерации». Но таких аналогов много в мире – возьмите Лихтенштейн, другие малые страны. Это нормальный процесс.

То же самое с российским рублем. Это мы его выбрали, хотя можем перейти на свою валюту. Но нам это пока не выгодно, у нас небольшое население. Для того чтобы перейти на свою валюту, нужно создавать золотой и валютный запасы. Для этого у нас недостаточно развита экономика, мы только-только стали становиться на ноги, увеличивая суммы бюджета, заработной платы и т.д. Других возможностей у нас пока нет.

– В Галском районе идет выдача абхазских паспортов. Население там в немалом количестве также имеет грузинские паспорта. В Абхазии не допускается двойное гражданство с Грузией. Как определить, что человек отказался от гражданства Грузии?

– Это сложный вопрос. Мы говорим о добровольности приобретения абхазского паспорта. Это первое. Второе: те, кто живет в Галском районе, должны жить – если они граждане Абхазии – по законам Абхазии. Об этом мы сказали жестко и четко. И мы будем давать гражданам Абхазии в Галском районе абхазские паспорта. Естественно, они должны отказываться от своего грузинского гражданства.