В окружении героев чегемского мудреца

6 марта 2014 года классику абхазской и русской литературы, творцу Сандро из Чегема Фазилю ИСКАНДЕРУ исполнилось 85 лет

Мне очень повезло. Вот уже в течение почти полувека я живу в Сухуме, в районе ИЭПиТа, рядом с домом дяди Сандро, в окружении его родных и других персонажей чегемской эпопеи Фазиля Искандера. Читателя не может не поражать, насколько реальны эти персонажи. И в романе их имена приведены без изменения, за исключением разве что самого Сандро. Сандро – Сико Хабаджович Мишелия из поселка Чегем села Джгиарда – родной дядя творца «чегемского домостроя».

Сандро (Сико) – старший из шести братьев и трех сестер Камы, матери Фазиля. Тетя Катя – супруга Сандро. Кязим («Бригадир Кязим») – младший из братьев, Нуца – его супруга (умерла в оккупированном Сухуме 14 декабря 1992 года). Ремзик и Гули – сыновья Кязима и Нуцы… С топографической точностью описано в романе косогорье, где расположен «участок Сандро». Помните: «Второй раз дядя Сандро покинул деревню уже после войны. На этот раз, скорее всего из осторожности, свой половинчатый побег он закончил в пригороде. Он остановился в таком месте, где колхозы уже кончались, а город еще не начался».

Эта местность на самом деле подвержена оползневым процессам. И подготовленный читатель знает историю вражды дяди Сандро с «инженерчиком» из Горсовета – эндурцем, но скрывающим место своего рождения. Помните, этот эндурец не подписывается под актом, по которому Сандро полагается выплата страховой суммы за трещины, появившиеся из-за оползня на подпиравших его дом сваях. Все эти факты реальны.

На стенах дюжины домов на косогорье, включая и мой, вы обнаружите трещины разных размеров и конфигураций. Оползни в те годы почти прекратились, когда все же Горсовет соорудил подпорную стену. И это тоже засвидетельствовано в романе.

Кстати, этот сюжет получил дальнейшее развитие. В период грузино-абхазской войны на «участок Сандро» упало несколько артиллерийских снарядов крупного калибра, один из них – в метре от стены моего дома. Взрывная волна спровоцировала деформацию, и прежние «раны» на стенах значительно расширились. Но когда мне выплатили не всю полагавшуюся сумму для устранения последствий (её уменьшили на 50%, пересмотрев первоначальную смету), я вспомнил рассказ о вражде дяди Сандро с «инженерчиком» и стремлении Сандро к преувеличению угроз последствия трещин. Словом, сюжеты классика имеют продолжение и в наши дни.

Фазиль как-то сказал: «Да, я беру реальные сюжеты из жизни не потому, что они «абхазские» – беру за основу подлинные факты, которые мне приглянулись, которые потом становятся интересными и для читателя».

Истоки творческого успеха Фазиля многие исследователи находят в его неразрывной связи с природой и народом Абхазии, помноженной на неподражаемый талант самого творца. Так, в содержательной статье литературоведа Игоря Виноградова «Русская проза чегемского мудреца» читаем: «Эта проза художника-философа, художника-мудреца… но отсюда же – особенности искандеровского юмора, у которого двойные истоки и двойная природа. С одной стороны, это органический, глубинный юмор абхазской народной мудрости… Он вбирает этот народный юмор в собственную речь.., которая типична для его народа и неотъемлема от его духовного, нравственного облика. Поэтому-то его авторская речь так и неотличима порой по качеству своего юмора от лукаво-насмешливой речи его любимых чегемцев, которых Бог одарил когда-то чувством юмора, чтоб, как предполагает Искандер, научить их обходить в шутливой форме все суровые табу языческого домостроя» (1991 г. К предисловию четырехтомника Фазиля Искандера).

Позволю себе к сказанному добавить собственные наблюдения. Фазилю и нам повезло с языком мышления. Абхазоязычный читатель русскую речь Фазиля воспринимает как перевод с абхазского. Это свойство большого таланта, но не только таланта. Проникновение в код абхазского языка позволило ему проникнуть в код мышления всех сущих языков. Поскольку логика не национальна, с помощью кода абхазской речи большой мастер ненавязчиво вооружает и отсылает своего читателя на присущие его языку модели оборотов, метафор, аллюзий, юмора. Вот пример:

«За ужином дядя Сандро спросил у меня, где я работаю. Я сказал, что работаю в газете.

– Писарь? – спросил он, насторожившись. Я ему сказал, что иногда пишу сам, а чаще всего привожу в порядок то, что пишут другие.

– Значит, присматриваешь за пишущими,– догадался и успокоился он».

В другом месте:

«Сандро не из простых, он из присматривающих», – сказал старик, как мне показалось, со скрытой насмешкой над моим невежеством. По-абхазски слово «присматривающий» означает и «руководящий».

О роли знания абхазского языка в творчестве Фазиля говорилось не раз. Академик Нико Марр писал: «Нельзя без абхазо-черкесских материалов разъяснить греческий язык… Абхазский язык и в настоящем своем состоянии представляет строй речи, систему более архаичную, чем язык шумерских клинописных надписей, имеющих сейчас изначальную дату почти шесть тысяч лет». Цитата приведена из исследовательской статьи Т. П. Шакрыл. Автор находила специфичность древнегреческого языка тождественным только с абхазским в построении логико-грамматической системы. (Абхазоведение. «Алашара», 2000. Сухум. стр. 11.)