А ветер войны не стихает в душе

Жизнь идет своим чередом. С каждым годом в ней все больше радости, но память о пережитом не меркнет. Незабываемы страдания народа в дни Отечественной войны 1992-93 гг., подвиги доблестных защитников Абхазии. Среди них и бойцы прославленного батальона «Шаратын», одного из лучших батальонов, участвовавшего во всех крупных наступательных операциях Абхазской армии, в том числе и в победном наступлении на Сухум.

В документе Министерства обороны РА от 5 июля 2013 года за подписью статс-секретаря – заместителя министра Н. Пилия, адресованном начальнику штаба батальона «Шаратын», полковнику в отставке, кавалеру ордена Леона Р.В. Амичба, значится: «Уважаемые бойцы батальона «Шаратын»! Министерство обороны Республики Абхазия рассмотрело Ваше обращение от 1.07.2013 и дает свое разрешение на создание знамени чести батальона «Шаратын». Считаем, что создание знамени чести прославленного вами батальона «Шаратын», героически сражавшегося за независимость Республики Абхазия, станет не только достойным символом памяти погибших героев, но и ярким примером героизма, беззаветной любви к нашей Родине для подрастающего поколения».

Рассказать о своих погибших друзьях, о врезавшихся в память некоторых эпизодах войны, я попросила бывших воинов из батальона «Шаратын».

Дмитрий Кишмариа, 1965 г.р., Очамчырский район, с. Мыку, представлен к званию Героя Абхазии:

– Я до войны жил в Сочи. Узнав о вторжении грузин в Абхазию, вначале не думал, что это настолько серьезно, но поняв, что происходит, перебрался в Гудауту. Воевал в батальоне «Шаратын». Участвовал в Январском, Мартовском наступлениях, боях за Шрому, Каманы, Цугуровку, в Сентябрьском наступлении. Командиром батальона «Шаратын» был Руслан Кулава, после его гибели – Даур (Гуслик) Акаба, а я – его заместителем.

Хочу особо подчеркнуть: создавая рассказы, очерки, репортажи, фильмы о войне, человек создает историю, поэтому очень важно придерживаться правды. К сожалению, так бывает не всегда, факты искажаются, и мы, прошедшие эту войну, непосредственные участники, видим это. Вот и освобождение Шромы толкуется по разному. А я хочу рассказать, как было на самом деле. Вот один из эпизодов. Во время наступления на Шрому мы подошли к речке. Гагрцы передали нам веревку. Вместе с Зуриком Кутарба я протянул ее и по этой веревке всех перевел на другой берег. Когда перешли речку, Зурик нарвался на мину и ему оторвало ногу. На следующий день утром мы встретили нашего разведчика с медсестрами Элисо Джелиа и Мариной Амичба. В этот день и пошли на Шрому. После массированного артобстрела в ходе ожесточенных боев батальон вошел в это село, и Игорь Сурманидзе, Герой Абхазии, установил Абхазский флаг в центре села.

Еще один эпизод. Почему-то все твердят, что фуникулер был освобожден от врага 24 сентября. Мы его освобождали. Он был взят ночью 23 сентября. Все думали, что наступление состоится 24-го, а мы пошли 23-го вечером. До фуникулера есть маленькая сопка, где стоит железный треугольник. Здесь располагалась вся наша группа из 38 человек, когда по рации Гарик Саманба связался с Акой Ардзинба, который тогда был командиром 2-й бригады. В ходе этого разговора Ака вышел к нам, «шаратыновцам», со словами: «Надо взять фуникулер». Возражений не было. И он потребовал список бойцов, заявив даже, что все будут представлены к званию Героя. Эта высота имела важное стратегическое значение. Мы окопались перед штурмом. В одном из окопов сидел я с гранатометом. А вечером начались ожесточенные бои.

Бадри Агрба, 1966 г.р., г. Очамчыра, кавалер ордена Леона:

– Освободив фуникулер, мы расположились на позиции группой: Даур Раган-оглы, Дима Кишмариа, Даур ( Гуслик) Акаба, Дима Ашуба, Марина Амичба, Элисо Джелиа, Мзауч Лакербая, Руслан (Малыш) Миная – ему было всего 16 лет, Саша Бондаренко. И вдруг где-то под утро Бондаренко заметил, что на высоту поднимаются несколько вражеских солдат, настороженно оглядывающих окрестности. Хорошо зная грузинский язык, я встал и крикнул им на грузинском, чтобы они ничего не заподозрили: «Поднимайтесь, поднимайтесь. Мы еще здесь». И вдруг со всех сторон поднялось человек сорок, двигавшихся, как оказалось, ползком. По-видимому, это была смена, не знавшая, что фуникулер отбили. Завязался бой. Погиб командир Даур (Гуслик) Акаба, ранило Бондаренко. Без потерь у нас не обошлось, но грузинская смена была уничтожена.

На второй день, поняв, что вернуть эту высоту непросто, грузины начали массированный артиллерийский и минометный обстрел. На позиции, располагавшейся за упавшим эвкалиптом, мы находились в окопе вместе с Русланом Миная, и один из снарядов разорвался рядом. Меня тяжело ранило, а Руслан остался без ноги. Элисо Джелиа и Марина Амичба вынесли нас с поля боя, затем ребята на носилках доставили в госпиталь.

В боях под фуникулером погибли 16 человек из села Куланырхуа, их погрузили в машину: Эдик Ахсалба, Батал Киут, Астамур Акаба, Ахра Гварандзиа. На развилке у Верхней Яштхуа – одна дорога вниз спускается, другая уходит на Шрому – они, по-видимому, неверно выбрали путь и наткнулись на засаду противника. Позже мы обнаружили их обезображенные тела. Только Ахру Гварандзиа не нашли, он пропал без вести. Думаем, его грузины забрали с собой.

Был еще случай – когда удерживали высоту, закончились боеприпасы. А машина, которая должна была нам их доставить, попала под обстрел, бойцы погибли. Пришлось под шквальным огнем нам самим добывать снаряды. Даур Раган-оглы, Сатбей Гварандзиа, Тариэл Джопуа, Ахра Кварчиа и я спустились к убитым госсоветовцам и собрали боеприпасы. Благодаря этому мы и смогли продержаться.

Резо Амичба, 1954 г.р., г. Сухум, кавалер ордена Леона, инвалид 1-й группы, замкомандира батальона по вооружению:

– Во время войны мы боролись за правду, за торжество справедливости, за право жить спокойно и счастливо на свободной земле. И поэтому надо правдиво отражать прошедшие события. Иначе нас не поймут те, кто покоится. Это наша история, нельзя искажать ее.

У подножия горы Бирцха во время победного наступления на Сухум, когда батальон по команде пошел в бой, враг начал обстрел из всех видов орудий, и я получил тяжелое ранение. И спасли меня Марина Амичба и Элисо Джелиа, наши медсестры. Во время боев они никогда не пытались спрятаться, не показывали страха, не только своевременно оказывали первую медицинскую помощь, но и находились вместе с нами в пекле боев. Они заслуживают самых теплых и добрых слов благодарности за мужество, доброту и милосердие.

Хотел бы сказать и о Диме Кишмариа. Отчаянный человек. Во время Сентябрьского наступления на Сухум был ранен возле Ботанического сада. Закончилась война, но осталось логово врага – Кодорское ущелье. И Дима был командиром спецгруппы из 40 человек, получил здесь ранение. Он внес свой вклад в решение проблемы Кодорского ущелья.

И еще. Во время войны у нас было единение, все мечтали об одном – победить и вернуться домой. Мечта сбылась благодаря общим усилиям, и не надо забывать о том, что было. И сегодня нам надо стать одним целым. Мне не нравится в сегодняшней жизни разобщенность нашего общества, какое-то непонятное разделение. Лично я поддерживаю отношения со всеми, невзирая на их политические взгляды. Что нам делить? Если есть какие-то проблемы, без которых немыслимо любое общество, решать их надо сообща. Я это говорю с болью. Разобщение губительно для нас. Нам надо объединиться.

Публикацию подготовила Лейла ПАЧУЛИЯ