Каждый из нас причастен к происходящему в стране

Проблемы наших сел. Возвращаясь к напечатанному.

Не столь давно во время встречи депутатов Парламента РА с председателем Абхазской гостелерадиокомпании А. Чолокуа остро был поставлен вопрос о недоступности передач нашего телевидения для жителей части отдаленных сел Абхазии. Село Пшоухуа Гагрского района – как раз из числа таких мест. Буквально наутро после обсуждения «телевизионного вопроса» в Парламенте встретила представителей семьи Рудольфа Якобсона. Они из этого села. Переселенцы из Эстонии, в конце XIX века обосновавшиеся в Пшоухуа, покинутом абхазами и убыхами в горестные годы махаджирства, назвали его Сулево. В 1992-93 гг. многие эстонцы сражались вместе с абхазами за свободу земли, ставшей им родной. Но после войны некоторые семьи уехали: надо было растить и учить детей, а село Пшоухуа не предоставляло таких возможностей.

Любое село – это образ жизни. Побывав у Якобсонов, я рассказала на страницах газеты «РА», как живут люди, для которых преодоление 14 км до центральной трассы из-за безобразного состояния дороги каждый раз превращается в проблему. А то, что сигнал АГТРК здесь не проходит, не работают сотовые операторы, вообще превращает местных жителей в отшельников. В некоторых уголках села принимают мобильники с российскими sim-картами, но это, подчеркиваю, не повсеместно. Якобсоны, например, с присущим им юмором показали мне заветное место в коровнике, из которого они отправляют SMS родным.

– Мы бы не чувствовали себя оторванными от цивилизации, если бы смотрели местные каналы, – жалуются жители Пшоухуа. – Целыми днями мы заняты в хозяйствах, скучать некогда, и если бы вечерами могли узнавать, как дела в Гулрыпше, Гудауте, Ткуарчале, с кем встречается Президент, что нового на Женевских дискуссиях, создавалось бы ощущение, что и мы причастны к происходящему в стране.

Местные новости они узнают либо на рынке у границы, либо в школе соседнего села Псоу, куда каждое утро кто-нибудь из родителей отвозит всех учеников. Ведь в Пшоухуа школы уже давно нет. Нет и медицинского пункта.

Один-два раза в неделю большинство семей вывозит на рынок сыр, яйца, иногда и мясо, а в сезон – овощи, фрукты, орехи, каштаны. А на вырученные деньги покупают одежду детям, горючее, хозтовары. Самое сложное время для Пшоухуа – зима. Крутая разбитая дорога становится просто опасной. В прошлом году после выступления нашей газеты и передачи, снятой телевидением Эстонии, начался было ремонт…

Но, увы, подход к этому ремонту был каким-то половинчатым: в одном месте подсыпали, в другом разровняли, а по сути ничего не изменилось. А ведь этот маршрут вполне можно сделать экскурсионным – тем более в преддверии Олимпиады! Гости Абхазии с интересом посетят гору Ах-Аг, окрестности Аибги, да и для организации эко- и агротуризма эта часть Абхазии вполне подходит! Год за годом мы говорим об этом на Деловом форуме, а потом снова откладываем… Словно ждем, что за нас это сделает кто-нибудь другой. А время идет...

Пшоухуа – не единственное село в Абхазии, в котором люди с надеждой ждут, когда же будет капитально отремонтирована дорога и с голубого экрана польются мелодичные позывные «Амшейкушары». Понятно, что рассуждать о плачевном положении села куда проще, чем предпринимать решительные меры. Но предпринимать-то их надо. Недавно я побывала еще в трех селах Очамчырского и Гулрыпшского районов. С одной стороны положительные изменения налицо – в Очамчырском районе в течение лета активно шел ремонт сельских дорог, в обоих районах налаживаются производства. В восстановленном на территории Мархяула храме по четкому расписанию проходит служба. На первом этаже здания сельской Администрации отремонтировано помещение для амбулатории, уже и мебель расставлена. Приступил к работе опытный фельдшер. Расширяется и магазин. Хотя он и частный, но покупателю все равно, лишь бы было в нем все необходимое.

Вроде все хорошо, но на лицах ответственных работников читается тщательно скрываемая грустинка… Мне удалось узнать некоторые моменты, печалящие жителей села…

Каждый из вас, уважаемые читатели, знает, насколько специфична у нас жизнь. Многие из нас ранимые, обидчивые, критики не любим, поэтому предпочитаем промолчать, памятуя: «Сколько раз я жалел о сказанном! И ни разу о том, что промолчал». Однако говорить о проблемах надо. Ведь иначе их не решить. Людей, которые поделились со мной наболевшим, называть не буду. Спасибо, что доверились.

Нехватка педагогов по предметам – вот главная проблема сельских школ. Причем, чем дальше школа находится от центральной дороги, тем хуже положение с учителями. А если ученику так и не удалось познакомиться ни с физикой, ни с химией, ни с биологией, будь он хоть с даром Сократа или Пифагора, в институт с прочерком в аттестате вряд ли примут. Так что родители, рассчитывающие дать детям высшее образование, часто переводят своих чад в городские школы, а значит – отправляют к родственникам. Мне рассказали, что некоторые главы администраций, чтобы и школу на плаву удержать, и о детях позаботиться, находят преподавателей в соседних селах. Даже возят их на уроки на машине, чтобы ребята могли нормально учиться! Но это, конечно, не выход…

Сюрпризом для меня стала информация о том, что зарплата директора варьируется в зависимости от числа учащихся в школе в целом. К примеру, в одной из сельских школ Очамчырского района – 70 учеников. Семерых школьников – из многодетных семей – перевели в Очамчырскую школу-интернат, после того, как она возобновила работу.

– С детьми было жалко расставаться, – сказала директор.

К другой категории относятся школы, где число учащихся более сотни.

Не пора ли отменить эти «категории»? Тем более, что меньше ста учеников может быть только в селах! И хоть разница в зарплате невелика, в самом подходе – несправедливость!

Вернувшись из командировки, я обратилась к заместителю министра образования Ларисе Кация.

– Отсутствие преподавателей по предметам в селах – очень болезненный вопрос, – сказала Лариса Валиковна. – Мы уже реализуем комплекс мероприятий, призванных решить эту проблему. По целевому направлению Министерства образования 184 абитуриента были приняты в АГУ на льготных условиях. По окончании вуза им предстоит работать в сельских школах. Признаться, мы подметили, что не все предметы у нашей молодежи популярны. Например, химия. А ведь это интереснейший предмет. Как сделать химию любимой? Это тоже задача!

Еще один момент, который беспокоит директоров некоторых школ. Как известно, на самом высоком уровне в государстве был поставлен вопрос об обеспечении сельских школ автобусами – чтобы дети не шли по семь-десять километров пешком, чтобы было, как принято во всем мире – дружно, весело, безопасно! Но едва школа села N получает автобус, как директору тут же звонят – либо представитель районной Администрации, либо чиновник иного ранга и… просит автобус на выходные – для выезда ансамбля или команды спортсменов в соседний район, на важное мероприятие…

– Автобус – собственность школы, – сказала заместитель министра Л. Кация. – И никому не дано права использовать его не по прямому назначению.

Но попробуйте догадаться, как поступит директор, когда к нему обратится человек из «вышестоящей», назовем ее так, организации? Например, из районной Администрации? Как отказать? Ведь в прошлом году помогли с новогодними подарками или еще что-нибудь в этом же роде. А автобус – новенький, только что с завода, с кресел в салоне еще не снято целлофановое покрытие. Но после двух-трех поездок на ЧУЖИЕ для школы мероприятия отказывает двигатель, повреждены на бездорожье мост или глушитель. Вот и нет у ребят автобуса, выделенного государством! А тот самый человек, который просил автобус «под свою ответственность», совершенно ни при чем. Еще и усмехнется: подумаешь, какие-то сельские ребятишки! Пешком ходить полезно! И даст по газам служебного, тоже купленного за государственный счет автомобиля.

А дети – самое дорогое, что у нас есть сегодня, растущие в чистоте природы и помыслов, – в недоумении: странные эти взрослые!

Дети растут, взрослеют, делают выводы. Сегодня они верят нам… И не будем их разочаровывать! Вспомним, наконец, что каждый из нас причастен к происходящему в НАШЕМ государстве.