Другой земли у нас нет

Экология и бизнес: продолжаем разговор

Когда-нибудь мы непременно познакомились бы с заместителем главы Администрации села Псахары Бесланом Дзяпш-ипа, только позже. А тут он позвонил в редакцию через два дня после выхода заметки «Не будите стихию!» (газета «РА», № 121 за 2012 г.), в которой шла речь о «побочных перспективах» строительства стоянки яхт в Гагрском районе. Эту идею продвигает совместная российско-абхазская компания «ГАГРА ПАРК МАРИНА». И все уже казалось решенным, но вот незадача – экологическую экспертизу проект не прошел.

– У нас в Псахаре пять с половиной тысяч жителей, и все устали от неустроенности, от того, что нет работы. Дети не видят ничего, что доступно их сверстникам. Нет у нас ни бассейна, ни спортивного зала. Так что на этот проект – вся надежда. Неужели интересы местного населения не будут взяты в расчет? – в голосе звонившего было столько искреннего негодования, что я поняла: нужно срочно ехать в Псахару.

При этом я не скрывала, что позиции у нас с Бесланом разные. И не оттого, что отказываюсь видеть, в каком положении находится территория села на подступах к берегу… Тому самому, с золотоносными, если правильно ими распорядиться, пляжами, из-за спасения которых правительство Абхазии и экологическое ведомство наложили «табу» на блистательный проект. Блистательный он, впрочем, исключительно с точки зрения пиара и менеджмента. Хотя я и допускаю, что генеральный менеджер и вся высокопрофессиональная команда компании «ГАГРА ПАРК МАРИНА» искренне верят, что на берегу Черного моря можно построить марину, отгородить ее от капризов стихии мощным молом и создать на отдельно взятой территории в 400 000 квадратных метров в отдельно взятой маленькой стране современный курортный рай – с бассейнами, аквапарком, четырехзвездочными отелями, парками, коттеджами, теннисными кортами, футбольными полями и даже этническим центром. Увы, это прекрасное заблуждение, мираж…

А от реальности здесь все устали. И хотя село Псахара действительно расположено в одном из лучших мест Черноморского побережья, отдыхающие в последние годы обходят его стороной. Село пострадало во время Отечественной войны народа Абхазии. В первые дни были сожжены дома абхазов, в том числе и дом Беслана. А он, двадцатилетний, с отцом Алексеем Дзяпш-ипа и братом Русланом встал под ружье. И поначалу это было охотничье ружье… Потом запылали грузинские дома. В предвоенные годы грузинское население в этих местах составляло большинство.

Семья Дзяпш-ипа не из тех, кто ждет у моря погоды: стали поднимать хозяйство, разводить скот. Со временем Беслан начинает развивать бизнес в нескольких сферах, и вполне успешно. А три года назад его избирают заместителем главы Администрации Псахары. Глава Администрации – Ахра Абиджба. К делам в селе Беслан относится как к своим собственным: решен вопрос с водоснабжением, с освещением части села (причем, на собственные средства!), отремонтировано здание школы и Администрации (тем более, что Администрация расположена у самой трассы и очень уж удручающее впечатление производило здание на проезжающих!). Б. Дзяпш-ипа подчеркивает, что во многом помог Президент Александр Золотинскович Анкваб.

Но чтобы вернуть Псахаре, этому райскому уголку, курортную привлекательность, нужно сделать еще очень и очень многое. А с финансовой точки зрения это пока неподъемно. Справа от трассы, если ехать по направлению к российской границе, – предгорный ландшафт, увенчанный великолепной Мамзыщхой, слева – широкая зеленая равнина, ведущая к пляжной полосе. Мы направляемся к морю. Эта часть сельской дороги заасфальтирована. По обе стороны добротные, в основном двухэтажные дома. И в каждом томительными зимними месяцами ждут лета, потому что это для здешних людей время заработка. Они везут на рынок овощи, фрукты, сыр, но самые затаенные надежды связывают с отдыхающими… Там, где кончается асфальт, мы пересаживаемся на старенький трактор живущего поблизости Мнаца Оганяна. «Только хозяйством и живем, – вздыхает он, кивая на возделанный участок земли, по пышности сравнимой со взбитой периной. – А ведь почти все мы – люди с образованием, – при этом он умудряется каким-то невероятным образом «вписаться» между заполненными грязной жижей ямами. – Извините за неудобства, – смущается Мнац, – на новой технике мы сюда ездить не рискуем».

Так и приезжие отказываются рисковать – кто машиной, а кто и собственными ногами. Как идти здесь пешком, даже представить невозможно. Слева от дороги – канава, справа – речка Псахара. Сама по себе речка невелика, но русло давно не чищено, и вода, бывает, перехлестывает через заградительный вал на то, что трудно назвать дорогой. Вдоль реки до самого моря – кладбище пластиковых бутылок, памперсов и целлофановых пакетов. Но самая страшная беда здешних мест (Мнац останавливает трактор там, где речку пересекает пара труб большого диаметра) – канализационные стоки города Гагры. Как рассказывают мои сопровождающие, во время дождей порядком изношенные трубы, не выдерживая напора, рвутся… Стоки попадают в реку, потом в море. Тут уж у самого выносливого и преданного Псахаре курортника сдадут нервы…

А мы между тем въезжаем в пляжную зону. Пусть не обижаются Сухум, Пицунда и Новый Афон. В Псахаре лучшие пляжи нашего побережья. Здесь даже нет варварских следов человека (слишком трудно сюда добираться), только река исправно приносит мусор.

Отчаяние живущих здесь людей понятно. Как рассказали мне и Беслан Алексеевич, и глава Администрации села Ахра Кирбеевич Абиджба, с которым я уже потом связалась по телефону, речь об инвесторе идет давно. Люди откровенно жалуются: мол, если в ближайшее время не найдется инвестор, готовый привести в порядок наше село, проложить коммуникации, построить дороги, восстановить стадион, они будут вынуждены уехать. И вот, как им представляется, инвестор нашелся. По словам Беслана Алексеевича, в предпроектном предложении компании «ГАГРА ПАРК МАРИНА» только на восстановление инфраструктуры села заложено до 500 миллионов долларов.

– Так и скажите, что просто не верите, что все это будет построено!? – Беслан Дзяпш-ипа не входит в число акционеров компании. У него интерес к проекту патриотический, поскольку «ГАГРА ПАРК МАРИНА» обещает решить все (все!!!) проблемы Псахары и псахарцев. Глава Администрации Ахра Абиджба занимает такую же позицию. Но вот мнение экологов заставляет задуматься: «Самый лучший проект не окупит экологического неблагополучия…» – говорит он.

Признаться, я отлично представляю, как мнение тех же местных жителей изменится на диаметрально противоположное, если, не дай Бог, здесь начнется строительство! Грязь, котлованы, невозможность нормально выехать из домов…

Наша газета уже неоднократно писала, что у руководства Абхазии проект поддержки не нашел. И причин тому целый комплекс. Мне лично рассуждения о том, что в ходе реализации этого проекта будут по-революционному решены проблемы переустройства инженерных сооружений, представляются спекуляцией. Действительно, в Абхазии нужно фактически заново создавать всю инженерную инфраструктуру, в городах нет генеральных планов, слабо развито производство, идет отток населения из сел. Объекты точечной застройки зачастую наносят непоправимый ущерб складывавшимся веками архитектурным ансамблям наших городов. Все это – проблемы первостепенной важности. При наличии всего этого «букета» неотложных дел амбициозный проект буржуазного курорта со стоянкой для дорогих яхт воспринимается как издевка. Строительство инженерных сооружений не может быть «приложением» к проекту, ибо это одна из сложнейших и зачастую наиболее дорогостоящих его составляющих.

Даже для меня, не являющейся специалистом, очевидна несостоятельность этого проекта, невозможность безболезненной его реализации для нашего региона. Ибо, как я уже говорила, главным козырем в этой не имеющей названия игре на карте Абхазии является вопрос экологической безопасности.

– Но ведь строят же! В Туапсе строят! И в Сочи! Да взгляните на Черноморское побережье! И в Турции! – продолжал убеждать меня Беслан Дзяпш-ипа.

– Сочи и Туапсе, – стою на своем, – это Россия, другая страна. На собственной территории российские предприниматели могут строить все что угодно. Ведь у России, давайте посчитаем, двенадцать морей. А Абхазия – это лишь крохотный уголок на берегу Черного моря. И другой земли у нас нет.

Недавно, проезжая вдоль сочинского берега, я обратила внимание на его состояние. И настоятельно советую всем сторонникам революционных проектов сделать то же самое. Да там скоро вообще не останется места для человека. И это – зачастую последствия неразумного, варварского отношения к морю.

И еще один момент: когда абхазская сторона предложила менеджерам компании «ГАГРА ПАРК МАРИНА» для реализации проекта другой участок – близ Сухума, на Маяцком озере, они отказались, подчеркнув, что для них важна близость к российской границе. Чтобы вот так запросто можно было, отдыхая в Сочи, прокатиться на яхте вдоль абхазских берегов… Все это, господа, от праздности. Мы часто забываем, насколько важна и в обычной жизни простая врачебная заповедь: не навреди! Ведь нам здесь жить.

Даже самые авторитетные специалисты в области морских процессов, мнением которых заручилась продвигающая проект компания, не могут гарантировать послушное «поведение» моря, расположенного у подножия самых молодых гор на Земле – наших с вами Кавказских гор. Еще раз подчеркиваю: происходящее в земной коре не подчиняется человеку, на эту силу невозможно «повлиять», ее невозможно «оценить», «купить», «продать»… Этой силе нипочем законы бизнеса, и уж тем более такого, какой мы имеем сегодня на территории постсоветского пространства. Даже при самой лучшей, самой организованной команде менеджеров!

Стоя на ветру там, где в море впадает Псахара, я еще раз отчетливо осознаю, как хрупок наш мир. В погоне за сиюминутным мы перестаем это чувствовать и понимать. Не случайно в Писании сказано: «Сон разума рождает чудовищ...».

А так важно оставаться людьми.