Всем смертям назло

Очерк

Этот год для героя моего очерка – Олега Рагимова – юбилейный. В январе ему исполнилось 50 лет. Однако своим днем рождения он считает еще одну дату – 16 марта, когда он выжил после тяжелейшего кровопролитного боя.

…Ночь. Под мерцающим светом ракетниц Олег, очнувшись, увидел неподвижные тела своих боевых друзей из отряда «Бабаду». Ужаснувшись от увиденного, он вздрогнул и от боли чуть снова не потерял сознание. Его тело, обагренное кровью, стягивал бронежилет, благодаря которому он решился потихоньку через минное поле подползти к реке Гумиста. Окунув голову в холодную воду, Олег почувствовал себя бодрее, приподнялся, но боль пронизывала все тело. Он понимал, что его уже никто не ищет, но переплыть реку надо – на том берегу его друзья, там – жена, трое детей. И он поплыл, несмотря на то, что мог остаться в холодной темной воде навсегда. Увидев линию берега, начал звать на помощь. Однако абхазские бойцы, приняв его за врага, начали стрелять. С берега доносился крик: «Ты кто? Все наши там погибли…». Однако судьба вновь улыбнулась Олегу – его все-таки узнали. На носилках доставили в полевую амбулаторию, расположенную в нижнеэшерской школе. Там ему сделали укол, и он потерял сознание. Осматривая его, медики были в растерянности: вся брюшная полость была разорвана, пуля сидела в сердечной аорте, ребра переломаны, левая рука безжизненна. Транспортировать его в Гудаутский госпиталь не брались. Благо, в этот момент Олега увидел его тесть – Юрий Кация, который помог вывезти его на машине в Новоафонский госпиталь. Ю.Кация был командиром того самого отряда «Бабаду», но в феврале в бою получил пулевые ранения в обе ноги. И вот в тот день на костылях прибыл на линию фронта, разыскивая своего зятя. Не верил, что в живых никого не осталось. Надеялся, что Бог не позволит погибнуть отцу троих его внуков.

...Склонившись над безжизненным телом Олега, Ю.Кация произнёс сквозь слезы: «Выживи, пожалуйста, что я скажу твоим родителям?».

С первых дней обострения межнационального конфликта Олег стоял рядом со своим тестем, был зачислен в абхазскую гвардию, принимал активное участие во всех мероприятиях. А когда началась война, кое-кто ему говорил: «Хоть ты и абхазский зять, но ты же не абхаз, а азербайджанец, забирай семью и уезжай». Но у Олега Рагимова было свое мнение: «Абхазия – моя Родина, и я буду ее защищать».

С первых дней войны он был на линии фронта в селе Нижней Эшере, в отряде «Бабаду».

…В тот день Олега оперировал хирург Вячеслав Аргун. Операция длилась долго. Закончив ее, В.Аргун сказал, опустив глаза: «Я сделал все, сейчас его жизнь в руках божьих». Но Юрий Кация не сдавался, делал всё, чтобы не оборвалась жизнь зятя. И Олег выжил всем смертям назло. Однако его тестю дожить до Дня Победы не удалось. Когда до освобождения Сухума оставались считанные дни, 16 сентября снайперская пуля оборвала его жизнь. Это произошло на нижнем мосту Гумисты. После удачной боевой операции Ю.Кация махнул рукой в сторону столицы, показывая следовавшей за ним технике, что путь к Сухуму свободен. Именно в этот миг он и был сражен…

– Я очень благодарен Юрию Михайловичу, – говорит Олег Рагимов, – он для меня был вторым отцом. Мои боевые раны постепенно заживают, но рана на сердце от потери его не заживет никогда.

Затем сквозь слезы он стал вспоминать о незабываемом для него дне – 16 марта:

– Я помню этот день поминутно. Наш отряд на рассвете форсировал Гумисту и расположился в одном из домов жилого массива «Гумиста». Вокруг нас стояла какая-то настораживающая тишина. Вдруг по рации нам передали, что нужно двигаться по направлению к ресторану «Абхазский двор». Однако при переходе мы попали под массированный обстрел из гранатометов, автоматов, пули снайперов свистели над головами. Мы забежали в двухэтажный дом и по рации попросили о помощи. Нам ответили: «Операция прекра-щена, возвращайтесь». В это время снарядом снесло крышу дома, и мы выбежали в мандариновый сад. Сверху последовал шквальный огонь. Один за другим падали наши ребята: Валера Зухба, Батал Джопуа, Мераб Тарнава… Когда я попытался выбраться из этой мясорубки, острая боль пронзила сердце, и я потерял сознание.

В этот миг перед Олегом Рагимовым пронеслась вся жизнь: детство, родители, семья, друзья. А в голове звучала песня «Бабаду», которую пели в его отряде Валера Багателия и Резо Чачхалия, поднимая дух бойцов перед боем. Вспомнилась и восьмилетняя до-чурка Валеры – Рада, которую расстреляли вместе с дедушкой и бабушкой во дворе в селе Кындыге Очамчырского района. Олег ещё не знал, что Валера и Резо погибли в этот день мартовского наступления. Как и Тамаз Копалиани, в которого выпустили из автомата полную обойму в злобе за то, что он, Копалиани, воевал на стороне абхазов, так как мать его была абхазкой.

…Через два месяца после операции, не долечившись, Олег Рагимов поспешил на передовую, однако врачи его вернули в госпиталь. Но в июне он настоял на возвращении в строй и участвовал во всех боевых операциях. Воевал и за себя, и за погибших друзей, отдавших свои жизни за свободу Апсны. Всем им нужна была победа, и за ценой они не постояли.

Накануне 10-летия Победы народа Абхазии в Отечественной войне 1992-93 годов Указом Президента В.Ардзинба Олег Рагимов был награждён орденом Леона за особую храбрость, самоотверженность и мужество, проявленные при защите Республики Абхазия.

Героизмом и отвагой Юрия Кация и Олега Рагимова гордятся дочь Юрия Лиана Кация, дети Олега – Тамила, Диана и Саша Рагимовы. И не только они.

– Я горжусь своим боевым другом Олегом, – говорит Заур Делба. – Он имеет право ходить с поднятой головой по абхазской земле. Олег смелый и отважный. Тяжело раненный, он все же нашел в себе силы и волю, не сдался смерти. Врачи вернули его с того света, сказав: «Это наша победа над смертью».

– Ветеран войны, инвалид I группы Олег Рагимов имеет награды, благодарности от Министерства обороны Абхазии,– говорит его боевой друг Славик Харания. – После Победы он служил в комендатуре города. И ни разу, когда нужно было защищать рубежи республики, не прикрывался своей инвалидностью.

Свой юбилей Олег праздновал в кругу семьи, с друзьями и соседями. И когда был поднят священный тост – за погибших, из глаз этого сильного и мужественного человека покатились скупые мужские слёзы. Не мог не вспомнить тех ребят, которые не вернулись из боя.