06.09.2012

Негаснущая звезда на небосклоне абхазского театрального искусства

К 100-летию Леварсана Касландзиа

«Любой спектакль, какой бы он ни был, плохой или хороший, что-то все же говорит о жизни, а жизнь без людей не бывает», – считал выдающийся артист абхазской сцены, один из ведущих актеров Абхазского государственного драматического театра им.С.Чанба, народный артист Абхазии и Грузии Леварсан Шардынович Касландзиа, актер, которому адресовали овации, который каждую сыгранную роль поднимал своим искусством на особую высоту. Он вдохновенно создавал на сцене образы людей разных судеб, каждый из которых по-своему боролся, отстаивал свои права, и его творчество призывало к борьбе за человека, за гуманное отношение к нему. В этом году исполнилось бы 100 лет со дня рождения актера. В 1996 г. погасла звезда его жизни, но звезда его творчества продолжает сверкать на небосклоне театрального искусства. Его продолжают помнить…

В одной из своих книг об актерах Абхазского театра «Талант и вдохновение» известный искусствовед А.Аргун писал, что с малых лет будущий артист Касландзия любил изображать людей, копировать их разговор, походку, и делал это с удовольствием по просьбе друзей. Когда шел набор в театральную студию, учителя включили его в список абитуриентов, но родители высказали недовольство. Но спустя полгода, попав в Сухум по поручению матери и решив навестить друзей-студийцев, он обратил на себя внимание руководителя театральной студии Василия Ивановича Домогарова. Узнав, что этот красивый, живой парнишка мечтает стать артистом, тот предложил ему сыграть несколько этюдов: показать, что бы он сделал, если бы вдруг среди книг обнаружил огромную змею; как бы вел себя с соперником, который его ругает. Сыгранные этюды заслужили одобрение мастера.

«Вы будете учиться, даже обязаны учиться», – сказал он Леварсану. Родители смирились с выбором сына, и он стал студентом театральной студии… С 1930 г. Леварсан Касландзиа – актер абхазского профессионального театра.

Им созданы такие яркие сценические образы, как Мац («Киараз» С.Чанба), Морозов («Краски мира» Н.Микава и Г.Абашидзе), две роли – Комиссар, Капитан («Гибель эскадры» А.Корнейчука), Аристократ («Сиятельные звери» А.Саркисяна), Мазлоу («В глухой старине» Д.Дарсалиа), Отелло («Отелло» У.Шекспира), Даур («Скала героя» Г.Гулиа), Бардга («Любовь актрисы» Н.Микава), Кавалер («Хозяйка гостиницы» К.Гольдони), Король («Голый король» Е.Шварца) и другие. Он сыграл много разных и интересных ролей, очень сложных и контрастных, большой внутренней глубины, и покорил ими сердца зрителей.

Посмотрев спектакль «Отелло», его первую постановку, Дмитрий Гулиа писал: «И вот поднимается занавес. Звучат первые слова со сцены, и забываешь обо всем на свете. Касландзиа – Отелло берет вас за самое сердце, его голос в одно и то же время и могучий, и глубокий, ведет вас за собой, поглощает целиком. Глядя на Л.Касландзиа не веришь, что это молодой актер…».

В книге об истории Абхазского театра А. Аргун писал о нем так: «Он умеет мобилизовать свои силы, фантазию, наблюдательность и темперамент, чтобы ярче, глубже показать внутренний мир своего героя. Этому поистине большому абхазскому актеру, воспитанному в лучших традициях русского реалистического театра, одинаково подвластны образы героические, драматические, характерные и комедийные».

А каким он был человеком?

«Совершенно необычным, – рассказывает его дочь Кама Касландзиа, – очень интересным, ярким человеком. Это проявлялось во всем: и в образах, которые он воплощал на сцене, и в повседневном поведении, и в поступках. Я вспоминаю его безмерную доброту, он был весь словно растворившийся во мне, очень дорожил мной. Я ведь фактически его неродная дочь, племянница. С первого дня моего рождения он стал приезжать в Кутол, чувствовалось, что он хотел бы иметь такую дочь, но никогда не посмел бы попросить отдать меня. И мама, видя это, сама привезла меня, четырехлетнюю, в Сухум к нему, и оставила, хотя, я думаю, конечно, это решение далось ей нелегко. У меня было две сестры и два брата, один из них, Отар, погиб во время грузино-абхазской войны, награжден орденом Леона.

Отец, можно сказать, помогал воспитывать всех своих племянников, всем уделял внимание. Его невозможно было не любить. И я постоянно ощущала на себе эту его безмерную доброту в сочетании со страхом, что со мной вдруг может что-то произойти. Поэтому мне запрещалось бегать на вечеринки, поздно приходить домой. Зато дома у нас собирались замечательные, в том числе и молодежные компании, весь театральный, литературный бомонд, и было так интересно быть сопричастной к беседам этих людей. Мне нравилось ходить на репетиции, видеть, как постепенно зарождается спектакль. Благодаря отцу я полюбила театр, смогла заглянуть и за его закулисную жизнь. Очень жаль, что нет сегодня рядом со мной этого родного, светлого человека».

Несколько слов о великом актере сказал и его племянник, поэт, драматург Валерий Касландзиа: «Уже по первым сыгранным им ролям было видно, что это настоящий артист. Он рассказывал мне, как после спектакля «Киараз» по произведению С. Чанба, в котором он сыграл Маца, присутствовавший на премьере Нестор Лакоба сказал: «Покажите мне Маца», и когда его позвали, констатировал: «Из него актер получится». Потом было много ролей, много сценических образов – один лучше другого. Следует сказать и о его особом отношении к молодым артистам. Когда, окончив Тбилисский театральный институт, второе поколение актеров: Нурбей Камкия, Шалва Гицба, Этери Когония, Софа Агумаа, Рушни Джопуа, другие – прибыли в Сухум, он был безмерно рад им и всячески помогал советами, поддерживал во всех начинаниях. И в семье нередко заводил о них разговор. Границ в возрасте для него не существовало. Он дружил с молодыми актерами и приглашал их к себе домой. И они ценили это. Даже будучи нездоровым, он ходил на спектакли, играл. Однажды, когда он болел, к нему пришли известный режиссер Нелли Эшба и молодые актеры. «Король! Наш король! Да здравствует король!» – с такими громкими возгласами на абхазском языке они поднялись к нему. И король, вдохновленный такой безграничной любовью и уважением коллектива на следующий день вновь играл на абхазской сцене».

Уходит человек, но остается память. И она нетленна, и от нас зависит, насколько она будет долговечна, от того, как мы умеем любить и помнить таких выдающихся людей своей страны, как Леварсан Касландзиа. Публикацию подготовила

Лейла ПАЧУЛИЯ