НАШ СУХУМ ВО ВРЕМЕНИ

Столица. День города

В предисловии к книге кандидат исторических наук, профессор Станислав Лакоба написал: «Евгения Рафальская смогла передать многие подробности, события пережитых десятилетий, с яркими, порой трагическими людскими судьбами.

Прекрасная память, великолепная эрудиция и литературный талант позволяют ей создать колоритные мемуары, где с любовью рассказывается об Абхазии и Сухуме, районах республики.

Из книги Евгении Рафальской (1893-1988 гг.), дочери известного сухумского адвоката в Абхазии Бориса Николаевича Захарова.

Предлагаемые некоторые фрагменты, воспоминания автора книги «Из окна вагона» дают возможность окунуться в атмосферу Сухума прошлых лет и почувствовать дыхание, развитие главного города республики.

– На всех картах тогда назывался Сухум-кале. Кале по-турецки «крепость», Сухум – «сухой».

– Улицы пыльные летом, непролазно грязные зимой, когда по многу дней подряд льет дождь. В лавчонках туши мяса висят прямо на крюках. В мешках кукуруза, фасоль, мука, вязанки чеснока и красного перца. Прямо на улицах жарят шашлыки. На базаре горы местных фруктов, золотых дынь, тыквы, помидоры и баклажаны.

По утрам можно наблюдать удивительную картину. Через Красный мост двигаются вереницы светловолосых и светлоглазых всадников. Они едут верхом в дамских седлах на лошадях, окруженные бидонами, мешками, узлами.

Это эстонки и немки из ближайших колоний. Каждое утро привозят в город великолепные молочные продукты – молоко, сметану, творог. Миновав Красный мост, всадницы разъезжаются в разные стороны, у каждой своя клиентура.

– Из улиц Сухума одна лишь набережная была усыпана мелким гравием. Ее же первую залили асфальтом. Вдоль набережной стояли двухэтажные здания, наверху гостиница, внизу – кофейня или кондитерская. В кофейнях не столько пили кофе, сколько играли в нарды или домино.

За пределами города тянулись болота, они доходили до самого Маяка, стоящего на песчаной косе, выступающей в море. Кваканье миллионов лягушек оглушало по вечерам город, вились тучи комаров, которые мешали спать. Малярией болел чуть ли не каждый.

На выезде из города в сторону Очамчыр тоже лежало огромное, непросыхающее болото. Когда мы проезжали мимо, то видели торчащие из воды изогнутые рога и черные глаза, это буйволы, которые по самую голову погружались в грязную жижу. То ли искали прохлады, то ли спасались от комаров. По ночам в городе были слышны странные звуки, это шакалы забегали в город и искали пропитание.

– В дореволюционном Сухуме скрывались многие люди, находившиеся на нелегальном положении. Можно было годами жить без прописки. Возможно, дело в том, что в городе всегда было очень много приезжих, больных туберкулезом.

– Отец организовал первую в Абхазии газету, она называлась «Сухумский вестник». Объявлений было мало, газета вечно требовала затрат. Отец хорошо зарабатывал как адвокат, но типография поглощала много личных средств отца.

– Сухумский оживленный, шумный порт был теперь пустынным. Все чувствовали дыхание войны (Первая мировая).

Впервые в жизни я узнала о затемнении, особенно зашторивали окна, которые выходили в сторону моря. Ведь авиации тогда еще в войсках не было. Боялись подводных лодок и немецких броненосцев «Габен» и «Бреслау», которые заходили в Сухумскую бухту. Их Турция пропустила через пролив Дарданеллы в Черное море.

В 1915 году немцы потопили большой транспорт, который шел из Сухума в Батум. Большинство пассажиров были школьники. Никто не спасся. С кораблей был также обстрелян Сухумский Маяк, но он не пострадал.

– В Сухум приехали жить известные режиссеры Н.Евреинов и Н.Бутковская. Они открыли в городе театральную студию, куда записалось много молодежи. Ставили спектакли, которые имели большой успех. После установления Советской власти эти режиссеры уехали в Петроград.

– В России тогда существовал «сухой закон». А в Абхазии вино лилось рекой. Все рвались в благодатную республику.

– 1923 год – разгар НЭПа. В Сухуме возобновились торговые операции, в основном это была торговля табаком.

– На берегу Москвы-реки была организована сельскохозяйственная выставка. Был на той выставке и абхазский павильон. На нем демонстрировали табак, изделия из самшита и бамбука, заготовки из цитрусовых, орехи, фрукты, варенья, в основном, чем могла похвалиться Абхазия.

В Москве тогда учился один из организаторов Советской власти в Абхазии Ефрем Эшба. Он старался поддерживать своих земляков. Именно он купил билеты абхазской делегации в Москве, чтобы они сходили в Большой театр на «Бахчисарайский фонтан». Оказывал помощь землякам и Самсон Чанба. Когда я готовилась к экзаменам в МГУ, была удручена комиссией, которая смотрела на меня как на человека с периферии. Самсон Яковлевич знал нашу семью и пошел со мной на первое прослушивание.

Когда на следующий день мы вступили в здание, впереди Чанба в щегольской черкеске и я, сзади два его телохранителя в черных черкесках с красными башлыками на плечах, приемная комиссия растерялась, и мне сказали: «Ну хорошо, приходите сдавать экзамен».

– Немцы на Кавказе (Вторая мировая война)! В Сухуме мы застали довольно беспечное настроение и не очень тщательную светомаскировку.

Население рыло щели для укрытия, но они тут же заполнялись подпочвенными водами. Вычерпать ее было невозможно. И люди скоро бросили это тяжелое и бесполезное занятие. В Сухуми были только те щели для укрытия, которые на склонах гор. В городе установили ночные дежурства, дежурили по двое человек.

Базар был полон продуктами местного производства. Основным продуктом была кукуруза. Цены на рынке поднялись.

Откуда-то из-за гор прилетали немецкие самолеты с выключенными моторами, чтобы средства ПВО их не обнаружили, и бомбили Сухум. Потом уходили в сторону моря. Во время бомбежки люди прятались в отведенных местах. В промежутках затишья бегали в город что-то захватить или спрятать, потому что там уже хозяйничали грабители. В Сухуме среди других беженцев прибывшие из Одессы, Крыма, Северного Кавказа, прибыли и уголовные элементы.

– В годы войны информация даже в Сухуме была очень скудной. Газеты шли через Среднюю Азию. Жили вестями по радио. О том, что делается на свете, знали понаслышке.

Наша городская больница, все ее называли Остроумовской, так как ее построил и подарил городу знаменитый врач Остроумов. С начала войны она превратилась в госпиталь.

В декабре 1943 года я выехала из Сухума…

Книгу читал Ю.КУРАСКУА