НАШ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ. НОВЫЙ РАКУРС

Домашний архив семьи В.Г.Ардзинба рассказывает…

«В беспрерывной цепи правителей – от царей до президентов – в народной памяти остаются лишь те личности, которые на определенном этапе исторического пути стали олицетворением мужества и высоты духа народа. У абхазов – это Леон, Келешбей и, безусловно, Владислав Ардзинба».

Это сказал известный абхазский композитор, дирижер, ныне директор Абхазского государственного драматического театра Нодар Чанба. Как емко и точно. Это высказывание мне вспоминалось часто, когда в отделе истории Музея Боевой Славы имени Владислава Ардзинба мне были предоставлены величайшая честь и возможность работать с домашним архивом семьи Ардзинба, значительная часть которого собрана самим Первым Президентом Республики Абхазия Владиславом Григорьевичем Ардзинба. Домашний архив любезно предоставила Музею его супруга Светлана Ирадионовна Джергения.

Мы знаем нашего Первого Президента Владислава Ардзинба как ученого-хеттолога, сделавшего немало в этой области науки; как директора Абхазского института языка, литературы и истории имени Д.И Гулиа; как Председателя Верховного Совета тогда еще Абхазской автономной республики; как Главнокомандующего армией, приведшей абхазский народ к Победе в страшной кровавой войне с грузинским фашизмом. Стал бы он таким, если бы не было достойной жизненной основы, не было бы замечательной семьи, в которой он вырос и получил воспитание, где были заложены истоки бесконечной любви к своей маленькой Родине, истоки неимоверной работоспособности и, конечно, бесконечное желание все видеть, все познать, все успеть? Конечно, не стал бы.

В первую очередь для него примером были родители. Отец – Григорий Киаминович – ветеран Великой Отечественной войны, награжденный многими боевыми наградами, был для него непререкаемым авторитетом. Учитель истории по профессии, наверное, именно он с самого детства прививал сыну интерес к истории Абхазии и ее народа. Мама – Надежда Щаабановна Язычба. Он любил ее безгранично и нежно. И каждый раз, когда в жизни ему бывало особенно тяжело и трудно, он шел к ней и находил успокоение и новые душевные силы.

Надежда Щаабановна, замечательная женщина и образцовая мать. Она сохранила все табели об успеваемости сына с первого по десятый класс, все характеристики, в которых классные руководители отмечали такие его черты, как усидчивость, способности к учебе, хорошее воспитание. Например, в одной из них (после окончания 6-го класса) учитель написал: «Владислав Ардзинба очень способный и старательный мальчик. Систематически и аккуратно готовит домашние задания. Школу посещает в опрятном виде. В общественной жизни школы принимает активное участие. Отзывчивый. С учителями и старшими товарищами вежлив. Много читает художественной литературы. Н. Циколия».

Сохранила мама и сочинение на тему: «Образ Ленина в поэме В.Маяковского «Владимир Ильич Ленин», написанное на выпускном школьном экзамене по русской литературе. Оно было оценено на «отлично». Впрочем, других оценок Слава Ардзинба и не получал. Школу он окончил с золотой медалью.

В домашнем архиве также сохранилось множество грамот, дипломов, похвальных листов, рассказывающих о том, каким Владислав Ардзинба был хорошим спортсменом, как активно участвовал в художественной самодеятельности, как был в самой гуще пионерской, а затем и комсомольской жизни родной эшерской школы. Сохранился и трогательный листочек бумаги с текстом рапорта председателя совета пионерского отряда Владислава Ардзинба кому-то из высоких гостей школы.

Желание во всем участвовать, самому все увидеть, помочь товарищам сделали из него активного, энергичного, любознательного студента – после окончания школы Владислав поступил на историко-филологический факультет Сухумского пединститута. Вскоре он оказался в поле зрения таких выдающихся абхазских ученых, как Георгий Дзидзария и Шалва Инал-ипа, заметивших его особый интерес к исторической науке. Они и стали его наставниками. А он всегда гордился тем, что был под их опекой, и вспоминал об этом с благодарностью и благоговением.

На третьем курсе Владислав написал очень интересную статью «Ф.Э.Дзержинский и Абхазия». Она была напечатана в газетах на русском и абхазском языках. Статья дошла до жены Дзержинского. В архиве сохранилось от нее письмо, адресованное молодому автору, где она в конце пишет: «…Желаю Вам, тов. Слава, успешно окончить пединститут и плодотворно работать над обучением и воспитанием молодого поколения».

После окончания пединститута с красным дипломом Владислав по решению Ученого совета вуза направляется в Москву для продолжения учебы в Институте востоковедения. Диву даешься, как он успевал совмещать учебу там с посещением всех основных библиотек Москвы (об этом свидетельствует множество читательских билетов, сохранившихся в домашнем архиве), с изучением немецкого и английского языков, с освоением хеттской письменности и мертвого хеттского языка.

Сам Владислав Григорьевич об этом говорил так: «Бегал то на занятия по древнегреческому, то на занятия по аккадскому, то на занятия по хеттскому. Ездил даже в Ленинград изучать хеттский язык, занимался английским и немецким языками. Сейчас даже с ужасом вспоминаю, как я успевал все это… Учился в аспирантуре, потом работал…»

Только неимоверная трудоспособность и желание все познать позволяют ему написать в анкете (сохранилась в архиве): «На немецком и английском могу писать и изъясняться, знаю хеттский». Немногим дано изучить мертвый язык по сохранившейся клинописи! В домашнем архиве сохранились также образцы хеттской клинописи с пометками Ардзинба на полях.

А вот несколько характеристик периода его учебы, а затем работы в Москве. Они раскрывают еще одну сторону личности молодого Владислава, и не только как начинающего ученого. Так в одной из них мы читаем: «…Принимает активное участие в общественной жизни отдела и института. Является секретарем партийной организации отдела Древнего Востока. Является ученым секретарем отдела, добросовестно относится к своим обязанностям, пользуется заслуженным уважением в коллективе. Зав. отделом Древнего Востока академик М.А. Коростовцев». В другой характеристике отмечается, что «…тов. Ардзинба в качестве ответственного секретаря секции участвовал в работе и выступал с докладами на Всесоюзной конференции и на Первой международной конференции ученых социалистических стран, изучающих клинописные памятники Древнего Востока».

В 1987 году Владислав Ардзинба возвращается в Сухум, чтобы возглавить Абхазский институт языка, литературы и истории им. Д.И Гулиа.

В 1990 г. его избирают Председателем Верховного Совета Абхазской АССР.

С 1991 г. он – депутат Верховного Совета СССР, член Совета Национальностей ВС СССР.

Старшему поколению хорошо памятно его известное выступление в Москве на съезде Советов. В архиве сохранилась целая папка с телеграммами в столицу на имя Владислава Ардзинба от самых разных организаций, учреждений, ученых, известных государственных личностей, просто от людей. «Выслушали Ваше выступление, Одобряем достойного представителя абхазского народа. Ветераны ВОВ республики». Эта – одна из многих. Он прекрасно понимал значимость своего выступления. А телеграммы – подтверждение бесконечной благодарности и гордости земляков за сына своего народа. Он аккуратно подшил каждую.

…Перебираешь его архив и удивляешься постоянному проявлению им чисто человеческих качеств, и это при всей занятости государственного человека. Он бережно хранил поздравительные телеграммы и открытки к праздникам, ко дню рождения, не только официальные, но и от самых разных людей. Особенно трогательны такие послания с наивным текстом и любовью от детей. Есть даже обыкновенный листок с поздравлением с днем рождения, вырванный из школьной тетради в клетку. И все это он хранил и, я думаю, особенно ценил.

А вот еще один удивительный документ. (И когда он все это успевал?) Это толстая тетрадь, каждая страница которой отдана маркам на одну тему или одной личности. По словам родных, Владислав собирал марки с большим удовольствием, интересовался ими постоянно, приобретал сам, ему дарили… В основном они связаны с историей, географией, природой, историческими личностями Абхазии, в них – периоды истории нашей страны.

В архиве есть, на мой взгляд, очень интересная папка, в которую Владислав Григорьевич с присущей ему аккуратностью подшивал письма из Тбилиси, которые ему писал Лорик Маршания. Я не собираюсь знакомить с их содержанием, просто скажу, что Ардзинба собрал их в одну папку и озаглавил: «Дерьмо Маршания». В одном слове выразил все свое презрение к предателю Родины.

Архив большой, еще не полностью разобран. Его нужно долго и кропотливо изучать.

Владислав Григорьевич Ардзинба, несомненно, удивительно яркая личность не только в истории нашего государства. К изучению и освещению его жизни и деятельности, его образа еще не раз будут обращаться будущие поколения. Архив ждет исследователей.

Людмила ЛАЗБА, историк г. Сухум, август 2018 г.