12.09.2018

ПРОХЛАДНАЯ ОСЕНЬ 89-го

(Продолжение. Начало в № 94)

Так было в нашей истории

В газете «Заря Востока», органе ЦК КП Грузии, № 81 от 08.01.1990г. была опубликована статья: «Теневую экономику на свет гласности» за подписью замминистра внутренних дел ГССР Баадура Чантуришвили, в которой описывались проведенные проверки в разных регионах Грузии, в том числе Абхазии, где упоминается и моя фамилия, якобы были вскрыты крупные хищения в особо крупных размерах с моим участием. Эта статья была опубликована для будущего суда надо мной и служила сигналом для будущих судебных тяжб. Господин Чантуришвили Б., курируя органы БХСС МВД Грузии, восхваляя «доблестные органы БХСС Грузии», должен был знать, что в юриспруденции существует основополагающее положение – «Презумпция невиновности», означающая, что «человек считается невиновным до тех пор, пока его вина не доказана в суде в соответствии с законом». А я заранее господином Чантуришвили Б. был признан преступником. Ведь следствие не завершено, суд не состоялся, приговор не вынесен, а меня этот профан в юриспруденции называет преступником. Преступниками являются его подчиненные из БХСС Грузии, которые приехали в Абхазию и обобрали моих подчинённых, занимаясь вымогательством и шантажом, незаконно выводя результаты инвентаризаций торгобъектов. Возникает вопрос: какими нормативными актами и законами руководствовались руководители МВД и прокуратуры Грузии, когда направляли проверяющих во вверенную мне организацию, абсолютных дилетантов-профанов, не владевших азами и правилами проведения инвентаризации, а также публикацией тенденциозной статьи в газете «Заря Востока»?

Что удивительно и странно, комиссия по завершению своей работы не соизволила, как требует закон, ознакомить меня, как руководителя крупной хозяйственной торгорганизации, с результатами инвентаризации, и тайно уехала к своим хозяевам. А теперь о моем аресте и препровождении в столицу Грузии г.Тбилиси.

30 октября 1989 года обманным путем я был посажен в автомашину «Москвич» якобы для срочной проверки одного торгобъекта. Это произошло перед зданием правления Абсоюза утром, в 9 час. 30 мин. Меня повезли в Тбилиси, доставив в СИЗО КГБ Грузии, где начались томительные дни моего содержания в изоляции.

Мне предъявили три статьи:

1) ст.186, ч.II: «злоупотребление властью или служебным положением»;

2) ст.191: «Служебный подлог»;

3) ст.94 ч.III «Хищение государственного или общественного имущества путем присвоения, растраты или злоупотребления» (от 6 до 15 лет, хищение в крупных размерах).

Когда читаешь вышеуказанные статьи, становится страшно и больно на душе. Это каким надо быть следователем, который предъявляет такие надуманные, страшные и необоснованные статьи, высосанные из пальцев, не основанные ни на какой доказательной базе, а исходящие из конъюнктурных соображений и основанные по указанию вышестоящего руководства.

Все это напоминает 37-38-е годы прошлого столетия, когда людей арестовывали и расстреливали по доносу и оговору. Когда меня арестовали 30 октября 1989 года, не было никакой санкции прокурора, она появилась задним числом, лишь спустя 7 дней. Не последнюю роль в этом беззаконии сыграл господин Квициния А., тогдашний прокурор Абхазии. Когда у него спросили, на каком основании и за что я арестован, он ответил: «Я не знаю». И это прокурор Абхазии, который не знает, за что арестовывают его граждан и на каком основании. Он когда-то работал в Тбилиси замминистра юстиции Грузии, и имел большие связи с правоохранительными органами Грузии и обидеть своих друзей он просто не имел права, внедряя их порядки в прокуратуре Абхазии.

В Тбилиси следственные мероприятия были поручены ст. следователю по особо важным делам подполковнику милиции следственного управления МВД Грузии Енукидзе Р.Е. Надо отметить, что следствие он вел с завидным хладнокровием, никогда не повышал тона, все его действия были четко спланированы с надеждой на мою сговорчивость, чтобы выудить из меня интересующие его вопросы.

Я себе четко представлял абсурдность и нелепость предъявленных мне чудовищных обвинений и вел себя спокойно.

Я четко знал – арестован и изолирован по оговору моих сотрудников, которые написали анонимное пасквилянтское заявление о якобы денежных поборах у грузин – сотрудников вверенной мне организации на покупку оружия для абхазских «сепаратистов». Это чудовищная клевета, и такую глупость я никогда бы не совершил. Время было тревожное, грузинские шовинисты были заранее уведомлены, что вопрос Абхазии уже решен в политических верхах Грузии в соответствии с планом спецслужб. Если бы я хотел помочь своим соотечественникам в борьбе за нашу независимость, то как это сделать, я прекрасно знал и без них. Что удивительно, следователь был абсолютно не информирован о позитивных процессах горбачевской оттепели и тех переменах в сфере услуг и торговли в масштабе страны, когда были расширены права и обязанности руководителей торговли и сферы услуг. Все следствие зиждилось на предположениях и оговорах, не подкрепленных доказательной базой. В ходе следствия мне не было предъявлено ни одного факта обвеса, обсчета, присвоения денежных средств в особо крупных размерах, не говоря о мелких нарушениях. Все было подогнано под вышеуказанные статьи субъективно, а не реальными фактами. В этом мутном потоке политических дрязг нравственные и моральные устои и законы не имели своего значение и не действовали.

В процессе следствия Енукидзе Р.Е. неожиданно задал мне такой вопрос: «Анкваб А.З. знаешь?» Я ему ответил: «Не знаю, не знаком, но о нем слышал». На это он ответил: «Как не знаешь, его в Абхазии все знают, он начальник политотдела МВД Грузии». Этот вопрос об Александре меня просто удивил, и я спросил следователя, какое отношение он имеет к моему аресту. Ответ был удивительно откровенен: «Он написал заявление о трудовом отпуске и больше сюда не вернется. Дал информацию абхазской милиции о дислокации групп местных грузинских патриотов с прикомандированными в Абхазию сотрудниками МВД Грузии на предмет проверки автомашин с абхазами на наличие у них оружия, взрывчатых предметов». Я был ошеломлен этим сообщением, ведь я подследственный, мне предъявлены такие страшные обвинения, какое отношение эта информация имела к моему аресту и следствию? Это было попыткой узнать, как я отреагирую на это, с надеждой на мою сговорчивость, или он просто потерял свою профессиональную бдительность, надеясь получить для следствия нужные ему сведения. В душе я был очень рад за Александра, ибо это было сделано Александром Золотинсковичем исключительно духом патриотизма и беспокойством за судьбу своего народа. Благодаря этой информации были спасены от ареста многие десятки и сотни наших патриотов от произвола грузинских национал-шовинистов. Этой информацией я абсолютно не собираюсь создать себе имидж патриота и не жду никаких моральных дивидендов от уважаемого Александра Золотинсковича, я просто хотел сказать, что делал он все это искренне, как патриот, выросший и получивший путевку в большую политику исключительно работая над собой, повышая свой уровень образования, целенаправленно расширяя свой кругозор кропотливым и честным трудом.

В период моего нахождения в СИЗО МВД Грузии я обратился в прокуратуру СССР о неправомерных действиях прокуратуры и МВД Грузии, незаконном содержании в СИЗО г.Тбилиси. По жалобе выезжал работник Прокуратуры СССР в декабре 1989 года, однако этот чиновник не соизволил со мной встретиться и побеседовать со мной для установления фактов беззакония и произвола прокуратуры и МВД Грузии. Его встречал и сопровождал сотрудник прокуратуры Грузии Цурцумия Г., который убедил приезжего аппаратчика из Генеральной прокуратуры СССР о законности моего ареста.

Хочу особенно отметить о личности Цурцумия Г., он некогда жил, рос, учился в школе в г.Сухуме и я его знал, как шута горохового, абсолютно несерьезного и пустозвона, который своими выкриками и шутками на Сухумском центральном баскетбольном стадионе, выкрикивая с трибуны свои глупые шутки, развлекал присутствующих и все хохотали, хотя до профессионального клоуна ему было далеко, просто дурачился, вызывая смех у публики. Я никогда не мог подумать, что этот неуч и самодур может стать сотрудником прокуратуры Грузии и решать судьбы людей. Прокурор из Москвы, обласканный вниманием грузинской фемиды, не нашел ничего противозаконного в их действиях и согласился с их решением и по приезду в Москву доложил своим хозяевам о правомерных действиях прокуратуры и МВД Грузии, мне ответили, что я арестован законно.

(Продолжение в следующем номере)

Зураб АГРБА, участник национально-освободительного движения