В ПРЕМЬЕРНЫЕ ДНИ В РУСДРАМЕ ПОБЫВАЛ САМ ГОГОЛЬ...

37-й театральный сезон открыт!

– Мы еще никогда не играли такой пьесы, – сказал один из актеров труппы после первой репетиции с Андреем Тимошенко.

– Какой такой? – оживилась я в надежде выведать что-нибудь из мира плотно зашторенного на тот момент «закулисья».

Ведь когда режиссер начинает «ставить на крыло» новый спектакль – обычно это происходит в репетиционном зале – строго-настрого запрещено даже приближаться к месту, где происходит таинство «врастания» актеров в образы.

– В общем, скоро увидите, – мой друг кивнул мне с улыбкой штандартенфюрера Штирлица и снова побежал в театр.

А в это время в бутафорском цехе шла своя работа: по задумке главного художника театра Виталия Кацба декорации должны были переносить актеров и зрителей в несколько пространственных перспектив. Городок виднеется словно из окна, а вот прямо здесь, почти среди нас, между зрительным залом, сценой и городком Н и происходят все перипетии горожан и заезжего ревизора...

И этот неизвестно как появившийся незнакомец из Петербурга (будь он неладен) – да как трясутся коленки, ей-богу! Батенька, не погуби, и эта надежда, что может, и есть она на свете, справедливость, и личное счастье есть, и другая жизнь...

Главная ценность классической литературы в том, что она не имеет временных рамок. И хотя комедии Николая Васильевича Гоголя более ста восьмидесяти лет, и актеры РУСДРАМа вышли на сцену в костюмах середины XIX века, ощущение, что речь идет о нас, обо мне, о моих знакомых с соседней улицы, не покидает с первой минуты и до конца спектакля.

Кстати, о костюмах. Выполненные по эскизам известного московского художника по костюмам Ирины Титоренко и при большом творческом участии заведующей пошивочным цехом РУСДРАМа Инезы Пация в мастерской города Сочи, они поражают богатством деталей, изысканностью и подчеркивают особенности каждого персонажа. Вообще, этот спектакль сложен прежде всего акцентом на подтекст. Таким задумал его Андрей Николаевич Тимошенко, уже подаривший нам наслаждение «Рождеством в доме Купьелло» по пьесе Эдуардо де Филиппо в прошлом театральном сезоне. А благодаря поддержке оперной примы Хиблы Герзмава и вкусу и энергии генерального директора театра Ираклия Хинтба даже сама сцена обрела новый облик.

На первой репетиции, куда я была допущена, я поняла, что спектакль будет невероятно ярким и смешным и, сохраняя тайну – что именно будет на сцене в день премьеры, позволила себе ремарку: боюсь, что не все зрители смогут усидеть от смеха в креслах.

В РУСДРАМовском «Ревизоре» Андрей Тимошенко обнажает и нас, и наши мысли – герои Гоголя говорят и делают то, что очень многие люди думают и делают, прикрываясь личиной ханжества и лицемерия.

Андрей Тимошенко представил своего «Ревизора» всем нам, как он сам заметил, в качестве «ультиматума лжи и изворотливости, подлости, воровству и нравственному уродству – всему тому, что мешает нам жить просто и счастливо».

Да, во время спектакля каждый находившийся в зале смеялся, потому что невозможно без смеха смотреть, как примитивно мы обманываем сами себя, когда страстно желаем этого... А потом... А потом продолжаем жить по-прежнему, потому что для того, чтобы изменить мир, начав с самого себя, нужны недюжинные силы.

Кстати, сохранились воспоминания современников о первой постановке «Ревизора» в 1836 году на сцене Александрийского театра в Петербурге. «...Комедия сия имела полный успех на сцене: общее внимание зрителей, рукоплескания, задушевный и единогласный хохот, вызов автора после двух первых представлений, жадность публики к последовавшим представлениям и, что всего важнее, живой отголосок ее, раздававшийся после в повсеместных разговорах...» – так отозвался о премьере Петр Вяземский.

После спектакля Андрей Николаевич Тимошенко признался, что в общем он доволен: «Думаю, на сегодняшний день это самая сложная работа для меня и для актёров РУСДРАМа – это самая сложная форма. Они раньше так не работали. Но молодцы – справились. И, я надеюсь, что спектакль еще будет «расти».

– Я вообще становлюсь волшебником, а не режиссером. Сам не понимаю, как я за такой короткий срок поднял такую сложную историю, – этими словами Андрей Николаевич просто подтвердил мои мысли и некоторые мистические или лучше – волшебные события, которые происходили в предпремьерные и премьерные дни в РУСДРАМе.

Так, например, Инеза Пация, работавшая неделю перед спектаклем практически круглосуточно, доводя до совершенства сложные наряды гоголевских персонажей, то и дело ощущала присутствие постороннего в цехе: то похитит катушки малиновых ниток, то растянет корсет Анны Андреевны (да на целых два размера!). Хочешь не хочешь, а пришлось ушивать!

Не иначе как в РУСДРАМе в предпоследнюю неделю перед спектаклем поселился сам Николай Васильевич Гоголь. И, судя по всему, настроен он был весьма доброжелательно: ведь если было бы иначе, наверное, десятки желающих присутствовать на самых-самых первых спектаклях не изнывали бы у входа в надежде на лишний билетик, потому что все билеты на премьеру были проданы заранее!

Безусловно, мы уже привыкли к постоянным впечатлениям от встречи с качественным театром, с настоящими чувствами и эмоциями, с любимыми актерами. Но ведь в зале были и совершенно новые лица... Значит, круг театралов растет, и, безусловно, растет надежда, что людей, способных смеяться над пороками и побеждать их силой смеха может стать больше не только среди зрителей, но и в мире вообще.

Юлия СОЛОВЬЕВА