ОН ПОЗНАКОМИЛ НАС С ЧИКОМ И ПОДАРИЛ МУХУС

О нем никогда не говорили: «модный» или «не модный» писатель, потому что его читали всегда. Каждый из нас мог найти у него для себя любимое произведение. Он был настолько глубок в понимании традиций этноса своей Родины Абхазии, что на вопрос, кто для тебя Фазиль Искандер, я, заимствуя слова поэта Аполлона Григорьева о Пушкине неизменно отвечала: «Фазиль – это наше все».

Мое знакомство с ним произошло еще в детстве, когда мама дала мне книгу с рассказами о Чике, и я несколько дней ходила под впечатлением. А потом меня повели на его творческий вечер в Филармонию, и когда я подошла к сцене, чтобы подарить ему букет цветов, то навсегда запомнила его открытую улыбку и необыкновенно лучистый взгляд добрых глаз.

Его уход из жизни не вызвал бурных обсуждений о том, что надо увековечить память в скульптуре, никто не сказал, что его смерть объединила общество, и в России, и у нас. С ним прощались тихо, а ведь ушёл великий писатель-гуманист, который занимал особое место и в жизни общества, и в мировой литературе. А может быть именно так ему понравилось бы больше?

Нам повезло, что Фазиль Искандер был нашим современником, нашим земляком. Мы знаем от старших и из его рассказа «Красота нормы или мальчик ждёт человека», что из кирпича, который делали на заводе его дедушки Ибрагима, построена добрая половина домов нашего города, знаем, что репрессии не обошли и его семью. Его дядюшек: Самада – адвоката, Ризу – инженера-энергетика постигла участь многих, репрессированных в 37-38-х годах прошлого века. Его отца Абдулу выслали в Иран, где он и умер. Остались только бабушка, душевнобольной дядя Коля, тётушка Султан-ханум (как её называли) и его мама – абхазка Лели Мишелиа.

Мои родители и их ровесники помнят его брата Фири и сестру Гюли, о которых он написал в рассказе «Утраты». Мы ходим по улицам его любимого Мухуса, знаем его особо любимые места, скучаем по героям его произведений. И нам горько, что такого писателя больше не будет.

А ведь сам факт его физического существования делал нашу жизнь богаче, содержательнее. Писатель с необычайно развитой индивидуальностью, чуткий художник, Фазиль Искандер всегда был самим собой.

Я часто думаю о его эмоциональном воздействии на нас, о том, как он умел создавать неповторимую атмосферу везде: у дедушки в деревне, на море с Чиком, на охоте, в школе, во дворе, в котором живут Богатый Портной, Бедная Портниха, Алихан, дядюшка Коля, Ника, Сонька, Оник – «наш маленький Вавилон», где говорят на разных языках. О том, как умел передать мудрость дедушки, дяди Киазыма, лукавство и изворотливый ум дяди Сандро, ощущения мальчика, который ждёт человека, умел дать описание деревни, футбола, моря , кофейни… Это то особое настроение, точное сочетание красок, звуков, запахов, это ритм и тональность, это умение точно раскрыть свои ощущения, это то, что подвластно только настоящему мастеру. Он – писатель точного эпитета, он – явление в литературе ХХ века. А его заряд человеколюбия, это – качество тонкого человека. Расскажу о том, как мне довелось с этим соприкоснуться.

В 1997 году, после просмотра передачи «Старая квартира», где Фазиль Искандер был гостем, я решилась написать ему письмо. (Спасибо Руслану Джопуа, который передал его). Текст письма приводить здесь не буду, просто скажу, что я постаралась в нем выразить все свои эмоции и свою благодарность ему за все, и пожелала ему долгих лет жизни. Но Фазиль Абдулович (я не зря выше написала о его человеколюбии), прочитав моё письмо, сказал: «Я был очень и очень тронут», прислал мне в подарок свою книгу «Софичка» и подписал ее, найдя самые нужные для меня слова.

Невозможно посчитать души читателей, на которые оказали действие его книги. Мне видится, он был нашей совестью, и хотелось бы в память о нем, почаще вспоминать о ней.

Вика ДУМАВА