МЕЖДУ ВЕКАМИ И ВОЙНАМИ

И вот он – День Великой Победы!

С возрастом острее ощущение, как стремительно мчится жизнь. Кажется, буквально вчера, поздравляя ветеранов с праздником 9 мая, мы обещали навещать знакомых и родных ветеранов не только накануне Дня Победы... И вот на календаре уже снова май...

С каждым годом их все меньше на земле, и от этого больно. Кажется, мы каждый день заняты неотложными делами, а они живут в другом ритме.

Илья Захарович Ачба – один из самых старших живущих в Абхазии ветеранов Великой Отечественной войны. В свое время его отец женился на Ольге Константиновне Чачба из села Агубедии и переехал в Очамчыру. Там он организовал строительную бригаду.

Однако в 1937 году отца репрессировали, и вся забота о детях легла на плечи матери. Ни образование, ни способность находить общий язык с людьми не могли помочь жене репрессированного, когда речь зашла о работе. С огромным трудом соседке все-таки удалось устроить Ольгу Константиновну в сушильный цех чайной фабрики, где температура не опускалась ниже сорока, а в летние месяцы и вовсе нечем было дышать. Илье Захаровичу было пятнадцать, когда он, желая хоть как-то облегчить участь матери, отправился к директору кирпичного завода. Тот сначала, конечно, отказал, но юноша знал, что в свое время отец покупал у этого человека кирпич для строительства, и сказал, что он сын знакомого ему Нахарбея. И тогда тот согласился, хотя мужчины условились держать в тайне не только возраст нового сотрудника, но и его происхождение. Ведь и на сыне репрессированного тоже лежало клеймо «врага народа».

– Мы с братом стали работать по выходным и во время каникул, – вспоминает Илья Захарович, – нагружали кирпич в вагонетки и подвозили к печи для обжига. Долго скрывать от матери не получилось. Она плакала от бессилия. Ведь она мечтала дать нам достойное образование. Так мы и работали, пока в 1940 году после окончания школы меня не призвали в армию.

Илья Захарович рассказывает, что время для призывников было очень трудное: только что неудачно завершилась война с Финляндией, армейские условия были максимально приближены к боевым. Для него самым страшным испытанием была не колоссальная физическая нагрузка, которую многие нс выдерживали, а зверский холод.

А вскоре грянула Великая Отечественная война. Дивизия, в которой служил Ачба, в этот момент была дислоцирована в летнем лагере близ границы с Румынией, Почти два месяца подразделения дивизии удерживали участок границы в сорок километров. К осени был получен приказ отходить с боями. Отступали до самой Одессы. Близ поселка Татаровки Илья был тяжело ранен в обе ноги. После госпиталей был отправлен в резервную 233-ю стрелковую дивизию 572-го полка, которую готовили для прорыва границы с Румынией. После тяжелейших боев двинулись на Бухарест, потом освобождали Болгарию и Югославию, а в 44-м заняли левый берег Дуная. В этих местах Илье Захаровичу довелось принимать участие в уникальной операции – группе бойцов, в которую он входил, был дан приказ на баржах переправить катушку связи на правый берег и оттуда сообщить координаты основных сил противника. Однако, как рассказывает Ачба, приказ был выполнен с огромными потерями, поскольку ночью, обшаривая реку прожекторами, враг заметил их подразделение и стал обстреливать из всех видов орудий. Но нужные координаты командование дивизии все-таки получило, и благодаря этому ее подразделения смогли переправиться и закрепиться.

Оставшихся в живых из группы, в которой был и Илья Ачба, представили к наградам – за мужество и отвагу, проявленные при форсировании Дуная. Илья Захарович шутит, что географию европейских стран он учил не по учебнику, а изучал в реальности. В том самом месте, где Дунай делит город на две части – Буду и Пешт, при освобождении Пешта его снова тяжело ранило – на этот раз в руку.

– Отправили меня в погреб какого-то дома, оказали первую помощь, – рассказывает Илья Захарович. – Наши подразделения отошли назад, бои шли трудно, улицы то и дело переходили из рук в руки... Вот мы с еще одним раненым лейтенантом и решили выбраться из погреба, чтобы не оказаться в плену. Понимали, что придется переплывать Дунай, а на улице март, вода холодная, но все равно решили плыть... И почти уже добрались до берега, как нас заметил и стал обстреливать враг... Пуля попала мне в лопатку, да еще и течением нас несло. Я то и дело терял сознание, но, видно, было суждено мне выжить. Нас спасли и доставили в госпиталь. Мне сделали операцию, но на следующий день госпиталь подвергся массированному обстрелу и очень многие мои соседи по палате и медики погибли... А меня спас огромный деревянный шкаф. Его опрокинуло на меня взрывной волной. Спустя время меня откопали под завалом и отправили в тыл. Мы снова ехали – уже в санитарном эшелоне – через Европу, и это было очень тяжело и долго. У многих по пути началась гангрена... Я тоже был кандидатом на ампутацию. Но и здесь мне повезло. Я встретил земляка, Сократа Аршба, который знал нашу семью. Он очень просил врачей пощадить меня – ведь я был совсем еще молодым парнем, и врачам все-таки удалось спасти мою руку. Но лечили меня долго. Домой я вернулся инвалидом II группы.

В семье Ачба бережно хранят ордена Красной звезды и Отечественной войны I и II степени, медали и благодарственные письма от Верховного Главнокомандующего, адресованные Илье Захаровичу. А младший его брат Ваня, или Кука, как его звали дома, пропал без вести. Последнее письмо Ольга Константиновна получила от Вани из Польши, в 1944 году. Братья воевали совсем рядом...

Почти каждый год Илья Захарович отправляется на празднование Дня Победы в Санкт-Петербург, куда съезжаются его однополчане, а также ветераны из стран бывшего Советского Союза и даже дальнего зарубежья. И Илья Захарович признается, что, как ни тяжело ему дается дорога, он на эту встречу каждый раз едет с радостью, ведь во время военного парада на Дворцовой площади и встреч с друзьями он представляет независимую Республику Абхазия и наш государственный флаг.

Зрелые годы Ильи Захаровича связаны с Ткуарчалом, хоть сегодня он и живет в Сухуме. После окончания Московского экономического института (учился заочно) он работал председателем шахткома шахты № 5 треста «Ткварчелуголь», помощником начальника участка шахты № 5, возглавлял партбюро нескольких разных шахт, был отмечен медалью «За трудовое отличие», неоднократно избирался членом городского комитета и бюро партии, был членом Совпрофа республиканского комитета профсоюза рабочих угольной промышленности, депутатом горсовета. В 1969 году был назначен начальником Управления бытового обслуживания, в 1972-м возглавил подразделение технического снабжения треста «Ткварчелуголь», а в 1976 году – отдел рабочего снабжения (ОРС). Несмотря на солидный возраст, он взял на себя большую работу по помощи фронту и во время Отечественной войны народа Абхазии. Впрочем, это уже другая история. Только ответственность человека, гражданина и воина по сути остается та же.

Он и сегодня бодр, подтянут, оптимистично настроен... Люди, прошедшие трудной дорогой между веками и войнами, особые. И каждый – герой.

Юлия СОЛОВЬЕВА