НА ЗАЩИТУ РОДНОГО НАРОДА

(Протестному письму – 70 лет)

70 лет тому назад, 25 февраля 1947 года, научные сотрудники Абхазского научно-исследовательского института им. Н. Я. Марра АН Грузинской ССР (ныне АбИГИ им. Д.И. Гулиа АНА) Г. А. Дзидзария, Б. В. Шинкуба и К. С. Шакрыл направили протестное письмо в Центральный Комитет Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков). В нем были изложены факты, подтверждающие конкретные деяния грузинских властей, направленные на насильственную ассимиляцию абхазского народа и растворение его в составе новоявленной грузинской советской нации. Другими словами, речь шла о ликвидации абхазского народа как самостоятельного этноса путём закрытия абхазских школ и свертывания в целом абхазского языка, изменения топонимики, фальсификации истории и культуры абхазов, массового переселения картвелов в Абхазию и т.д. Приведем несколько цитат из документа: «В 1945/1946 учебном году абхазские школы были реорганизованы, т.е. обучение в абхазских школах было переведено на грузинский язык»; «При Сухумском госпединституте не только нет абхазского сектора, но с 1941 года прекращено преподавание абхазского языка и литературы как дисциплины абхазским студентам»; «Примерно с 1941 года прекращена местная радиопередача на абхазском языке, передача проводится только на грузинском и русском языках»; «В июне 1946 года Совет Министров Абхазской АССР вынес постановление (не опубликовано) о том, что вывески государственных учреждений, организаций, промышленных и торговых организаций надлежит писать только на грузинском и русском языках. Вслед за этим по всей Абхазии были сняты вывески с абхазскими надписями. А в печати сделано сообщение (16.VII.1946 г.), что замена вывесок производится якобы ввиду их неудовлетворительного внешнего оформления»; «За последнее время и в круглой печати перестали делать надписи на абхазском языке»; «Абхазские географические наименования систематически переводятся на грузинскую форму, а иногда и вовсе стираются»; «…практикуется особенно с 1944 года систематическая т.н. мобилизация кадров из Грузии. За последнее время таким образом в Абхазию было направлено несколько тысяч человек. В связи с этим в городах Абхазии производилось чрезвычайное уплотнение населения, а также частичное отстранение местных работников с занимаемых должностей»; «За последнее время в Абхазии для переселенцев из районов Грузии выстроено 10 поселков. Строительство переселенческих поселков продолжается» и т.д.

В условиях сталинского тоталитаризма, когда всё в стране контролировалось государственными спецслужбами, когда малейшее «отклонение» от генеральной линии «отца всех народов», каралось немедленно и жестоко, подобный поступок абхазских учёных следует расценивать как проявление высочайшего национального самосознания, патриотизма и героизма. Примечательно, что фундаментальное знание гуманитарных научных дисциплин давало возможность авторам письма безошибочно прогнозировать трагическую судьбу родного народа.

Естественно, данное письмо не могло остановить преступные деяния грузинских шовинистов, проводимые под личной опекой Сталина, который еще в начале XX века «предугадал» судьбу абхазов и многих других народов Кавказа, т.е. «бесперспективность» их самостоятельного этнокультурного развития. «Как быть с мингрельцами, абхазами, сванами, лезгинами и пр., говорящими на разных языках, но не имеющих своей литературы? К каким нациям их отнести?» – вопрошал И. Сталин в своей статье «Марксизм и национальный вопрос» (1913 г.) и сам же отвечал: «Национальный вопрос на Кавказе может быть решен лишь в духе вовлечения запоздалых наций и народностей в общее русло высшей культуры». «Теория без практики мертва», – писал И. Сталин. Именно вышеназванные события и есть конкретная реализация сталинской теории «вовлечения запоздалого» абхазского народа в грузинскую нацию, имеющую т.н. высшую культуру.

Однако несмотря на наличие такого могущественного опекуна появление и огласка протестного письма привели в замешательство работников властных структур Грузии. Произошел невиданный для того времени информационный прорыв для разоблачения грузинского шовинизма и агрессивного национализма. Как и ожидалось, грузинские власти, получив текст письма из Москвы, немедленно приступили к реализации репрессивных мер против ученых. Секретарь Абхазского обкома КП (б) Грузии А. Мгеладзе и другие руководители Абхазии и Грузии окрестили их «буржуазными националистами», «фашиствующими националистами» и даже – «фашистами». Преследования продолжались и после обсуждения данного вопроса на бюро ЦК КП (б) Грузии 8 августа 1947 года и объявления им «строгого выговора с занесением в учетную карточку». Обвинение было сформулировано так: «За попытку дезинформации ЦК ВКП (б) и клевету на Абхазскую партийную организацию». Как писали позже, 5 ноября 1953 года, Г. А. Дзидзария и Б. В. Шинкуба Секретарю ЦК КПСС Н. С. Хрущеву, в 1951 году А. Мгеладзе попытался натравить их против К. С. Шакрыл, который якобы совершил «тягчайшее преступление перед партией». Впоследствии выяснилось, что «вина» Константина Семеновича заключалась в том, что «он обратился в ЦК ВКП (б) с новым письмом, в котором повторял некоторые положения нашего совместного письма от 1947 года и просил о снятии с него партийного взыскания». Клевета и травля авторов письма продолжались до смерти И. Сталина и ареста Л. Берия.

А в годы сталинщины тбилисские, равно как и огрузиневшие, марионеточные сухумские власти, «обосновывая» свои действия, цинично высказывали антинаучные тезисы о том, что якобы «абхазцы не являются этнически самостоятельной единицей» и как представители грузинского племени в целях «культурного развития» должны вливаться в состав грузинской нации.

В это же время глава государственной безопасности Абхазии генерал-майор И. Гагуа, считая «вредными и опасными» для государства деятельность этих и других представителей науки и культуры, под грифом «совершенно секретно» представил вышестоящему руководству своего ведомства «черный список» из 25 абхазов, «в свое время не привлеченных к ответственности». В этот список, в частности, были включены как представители старшего, так и молодого поколения абхазской интеллигенции: Д.Гулиа, А.Чочуа, Г.Дзидзария, К. Шакрыл, М. Хашба, Ш. Инал-ипа, П. Чкадуа, З. Таркил, К. Дбар, М.Чолокуа, Е. Кучуберия, И.Багателия, М.Делба, К.Черкезия, Д.Хашиг, М.Кварчелия, М. Курмазия, Р. Курмазия, К. Осия, К. Авидзба, Н. Когония, М. Какалия, М. Гвинджия, К. Киут, М. Абухба.

В целом же эти и другие протесты в защиту абхазского народа, направленные в высшие партийные и государственные инстанции СССР, как правило, не становились поводом для должного реагирования со стороны властей. Комиссии ЦК ВКП (б), посетившие Абхазию для проверки жалоб по поводу перевода абхазских школ на грузинский язык обучения, «приходили» к выводу, что абхазские школы обоснованно были переведены на грузинский язык. В таком же духе руководство Грузии разъясняло это лично «вождю народов». Более того, центральные власти СССР одобряли и субсидировали такие убийственные для самостоятельного существования абхазского этноса мероприятия, как массовое переселение грузин в Абхазию, переименование абхазской топонимики, фальсификация истории и культуры абхазов и т.п. Ибо тбилисские, некоторые московские и сухумские власти одинаково были заинтересованы в том, чтобы за короткое время расправиться с абхазским народом.

Анализ происходивших в годы сталинщины событий: насильственное включение Абхазии в состав Грузии, ликвидация абхазского политического руководства, научной и творческой интеллигенции, перевод латинизированного абхазского алфавита на грузинскую графику, закрытие абхазских школ, огрузинение географических названий, искажение истории и культуры Абхазии, массовое переселение грузин в Абхазию, носили преднамеренный, умышленный характер, что следует квалифицировать как геноцид на основании международного права, в частности, Конвенции Генеральной Ассамблей ООН от 9 декабря 1948 года и других основополагающих документов.

(Продолжение в следующем номере)

Т. А. АЧУГБА, ведущий научный сотрудник АбИГИ, профессор АГУ, академик АНА