ПОСЛЕДНИЙ ВЛАДЕТЕЛЬ АБХАЗИИ МИХАИЛ ЧАЧБА-ШЕРВАШИДЗЕ: «Я ПРОСЛУЖИЛ ОТЕЧЕСТВУ СО ВСЕМ УСЕРДИЕМ БОЛЕЕ 40 ЛЕТ…»

К 150-летию со дня смерти (1806-1866)

В этом году в Абхазии прошло много мероприятий, среди которых были спортивные, культурные, научные. Вспоминали и отмечали памятные исторические даты, в том числе и 152-ю годовщину окончания Кавказской войны.

Интерес к этой трагической странице истории народов Кавказа будет всегда.

Одним из непосредственных фигурантов Кавказской войны является последний владетель Абхазии Михаил Чачба-Шервашидзе (14 февраля 1823 г. – 14 августа 1864 г.). Он вступил на престол после трагической кончины своего брата Дмитрия, отравленного 28 октября 1822 г.

Первые 10 лет правления Михаила – это его взросление и становление как политической фигуры, хотя и не оцененной русским командованием в Абхазии. Это время, когда владетельный дом еще не утвердился в своей власти. Отравление Дмитрия и попытка покушения отравлением на него самого и на брата Константина; подстрекательства и волнения, которые имели место в 1821 и 1824 годах, вызванные борьбой за власть, всё это не способствовало спокойствию в Абхазии.

Непростые отношения Михаила с родственниками-мегрельцами Дадиани (по материнской линии) сказывались и на его политической деятельности. Так, например, когда в период прокладки сухопутной дороги от Военно-Имеретинской до крепости Сухум в 1834 г. к составу русского отряда присоединилась мегрельская милиция, Михаил высказался против ввода этой милиции в Абхазию из-за «личного негодования» на двоюродного брата Дадиани.

«Такое неуместное желание владетеля Абхазии, – докладывал командир Отдельного Кавказского корпуса генерал-адъютант Г. В. Розен военному министру А.И.Чернышеву, – кажется, происходит оттого, что он несовершенно понимает настоящее свое положение и свои обязанности. Впрочем, я надеюсь, что по сделанному мною ему по случаю замечанию он убедится в несообразности своей просьбы и не будет иметь неприятных последствий». Михаил вынужден был смириться и больше не противиться вводу мегрельской милиции, а, напротив, в своем владении он сопровождал отряд милиции до тех пор, пока не были завершены строительные работы.

Власть владетеля Михаила Чачба-Шервашидзе над собственным народом была незначительной, о чем неоднократно отмечали военные чиновники в Абхазии. Он «при всем желании не мог содействовать правительству к прочному водворению спокойствия в Абхазии» и к покорению остальных прибрежных горцев, «не имеет к тому ни достаточных средств, ни нужного влияния на народ, желающий сохранить право свое на разбой и хищничество», – писал г.-а. Г.В.Розен в секретном рапорте на имя военного министра А. И. Чернышева в 1834 г.

Розен не совсем прав в своих обвинениях. В дальнейшем действия военных отрядов в Абхазии происходят при непосредственном участии Михаила. При нем будут окончательно покорены высокогорные Дал, Цабал, Псху, Ахчипсху, Аибга, Гбаада, куда неоднократно поднимались вооруженные отряды, которые он возглавлял. Способствовал принятию присяги на верность России джикетов, убыхов, шапсугов и других разрозненных этнических обществ на Западном Кавказе.

Крымская война 1853 – 1856 гг. для М. Чачба-Шервашидзе была в какой-то степени и личной драмой. С одной стороны он сохранял свое влияние на народы Западного Кавказа, с другой – Россия ему выказывает недоверие. Ситуацию усложняли и агенты Турции и Магомет Амин – наиб Шамиля, которые не прекращали своей агитации среди горских народов. Несмотря на то что симпатии значительной части населения Западного Кавказа были уже на стороне России, влияние Магомета Амина на массу было велико, поэтому потребовалось в какой-то момент вмешательство М. Чачба-Шервашидзе, убеждавшего в необходимости покорения.

Сложное военное положение в период Крымской войны вынудило русское командование к принятию решения об эвакуации Черноморской береговой линии, которая состояла из 45 отдельных укреплений и фортов с малочисленными гарнизонами, недостаточными для обороны края. Кроме того, здесь отсутствовало сухопутное сообщение, так как береговая дорога, проложенная еще в 30-е годы ХIХ столетия, заросла и стала труднопроходимой. Эвакуацию российских войск возглавил М. Чачба-Шервашидзе, принявший командование войсками 19 марта 1854 г., а 5 апреля части уже были переправлены за реку Ингур.

После окончания войны гарнизоны вновь будут возвращены в прежние места расположения. 6 июля 1856 г. главнокомандующий Отдельным Кавказским корпусом г.-а. Н.Н.Муравьев написал М.Чачба-Шервашидзе, что «государю императору благоугодно возложить на вашу светлость ввод наших войск в Абхазию и занятие ими как сего края, так и Цебельды». Войска вошли в Сухум 16 сентября 1856 г.

На первый взгляд кажется, что все благополучно: владетель Абхазии востребован, авторитетен, на него была возложена роль спасителя частей русской армии, хотя прибрежное население оставалось беззащитным перед турецким десантом. Здесь уместно процитировать записку «Военно-стратегическое положение Абхазии», написанную 20 декабря 1855 г. отставным ротмистром Константином Чачба-Шервашидзе (брат Михаила), находившимся в Ярославле под надзором полиции. Он отмечал: «Уверенный в преданности брата моего, владетеля Абхазии, хотя из чувства благодарности за многие благодеяния, оказанные ему правительством, и со средствами, какими он может располагать, брат мой в настоящее мог бы оказать великую заслугу России, но видно, с удалением русских войск из тех мест значительно уменьшилось влияние его на народ. Что ясно доказывается его совершенным бездействием, тогда как случая такого, как теперь, доказать всемилостивейшему государю всю свою готовность за все его великие милости не представится ему, быть может, никогда уже. Все сии данные убеждают меня в том, что правительство легко может действовать с пользой на этот край, чрез лиц, имеющих в настоящее время влияние на народ: таковых я знаю лично из дворян абхазских – генерал-майора Кацу Маргания, человек одаренный обширным умом, предприимчивый, пользуется общим уважением и доверием народа, и из князей цебельдинских – Ширинбея Маршания, зятя владетеля Абхазии».

Несмотря на заслуги Михаила Чачба-Шервашидзе перед Россией, царская администрация на Кавказе продолжала выражать ему недоверие.

Так, во «всеподданнейшем отчете» за 1863 – 1868 гг. главнокомандующий Кавказской армией великий князь Михаил Романов отмечал, что «князь Михаил Шервашидзе, вступив в сан владетеля с 1823 г. и, быв вначале верным слугой русского правительства и доброжелательным правителем своей страны, впоследствии, однако, незадолго до моего прибытия в край, стал пользоваться репутацией человека вредного для правительства и для своего народа». Михаил Николаевич обвиняет Михаила Шервашидзе в связях его с непокорными горцами и правительством турецким, в умышленном поддержании беспорядков среди населения «для достижения мелких целей, недостойных занимаемого им высокого положения».

Интересно, что в начале деятельности Михаила в качестве владетеля его обвиняли в том, что он недостоин быть владетелем, а великий князь Михаил Романов говорил об этом периоде как о положительном. Странно как-то!

Соображения об устранении от власти владетеля Абхазии великий князь Михаил Романов всеподданнейше доносил в марте 1864 г., предвидя скорое окончание войны на Западном Кавказе, «о бедственном и анархическом состоянии Абхазии и о двусмысленном или явно направленном ко вреду правительства и народа образ действий владетеля». Для чего предлагал сразу же после окончания войны приступить к устройству дел в Абхазии, «приняв за главное удаление владетеля с потомством его от управления страной» и учреждения в ней русской администрации. Для осуществления этого плана предлагал «воспользоваться заявлением самого князя Шервашидзе», который в письме Кутаисскому генерал-губернатору в конце февраля 1864 г. просил ходатайства об увольнении его от действительной службы, так как «он чувствует себя более не в силах заниматься никакими делами».

Что касается прошений Михаила Чачба-Шервашидзе, то, действительно, он писал об освобождении его от владетельских функций ранее и неоднократно: в 1846, 1847 и 1848 гг.

В прошении от 10 ноября 1847 г. Михаил отмечал: «После смерти отца я, 10 лет от роду, утвержден был законным наследником и владетелем Абхазии, и вот уже 30 лет, неся великое бремя управления краем, соединенное с неутомимыми трудами и заботами, которые в настоящее время совершенно расстроили мое здоровье и лишили возможности далее управлять владением…».

Лариса ЦВИЖБА, кандидат исторических наук

г.Москва, специально для газеты «Республика Абхазия»

(Продолжение в следующем номере)