АИААИРА – 23

«ПАПА, А ЧТО ТАКОЕ КОНФЕТЫ?»

Дочь рассказала о своем отце – рядовом бойце Меркульского батальона – и о войне, какой она ее помнит

Продолжая тему героев Отечественной войны народа Абхазии, хочу рассказать о бойце Меркульского батальона Руслане Асабуа. О нем мне неоднократно рассказывала моя подруга – его дочь Эсма. Недавно она принесла в Музей Боевой Славы военные документы, которые принадлежали ее отцу: фронтовые записки, карты, фотографии, сделанные во время войны. Я попросила Эсму прийти и к нам в редакцию рассказать о своем отце. Чтобы поделиться историей о нем, она принесла нам как военные, так и довоенные фотографии из семейного архива, где оказалось множество фотоснимков, которых я раньше не видела. О каждом из них она рассказывала с особым трепетом.

– Это свадьба моих родителей, а это – когда мой отец работал дальнобойщиком ещё до войны, а эта фотография сделана уже после моего рождения. Мне здесь всего лишь несколько дней от роду, – перелистывая небольшой и уже немного состарившийся альбом, рассказывает Эсма. На фотографиях запечатлены счастливые Руслан Асабуа и его супруга Аида Амичба. И окружают их такие же счастливые братья, сестры, родители… Когда началась война, в их жизни многое изменилось. Услышав, что враг ворвался на нашу землю, отец Эсмы бросил свою работу, оставил родных и стал одним из первых, кто из села Меркула ушёл на фронт. Он воевал в Меркульском батальоне под командованием Лакута Зарандия. К тому времени ему было 30 лет, а самой Эсме через несколько месяцев исполнилось 3 года. Жизнь для них, как говорится, только-только начиналась. Август 1992 года, хоть Эсма и была маленькой, она хорошо помнит, но в основном, конечно же, рассказывали об отце родные и его боевые товарищи.

– Перед войной мы жили в Меркуле. Вообще, в этом селе у нас две семьи Асабуа – семья моего деда и его родного брата. В этом селе нас и застала война. Однажды отца взяли в плен, даже на расстрел водили. Тогда чудом его спасла одна знакомая женщина. Она была мингрелкой. Выдала его за своего племянника и выкупила за золото, – продолжает рассказывать дочь Руслана Асабуа.

Эсма достает еще один альбом, на нем уже послевоенные фотографии. На них запечатлены те же улыбающиеся люди, правда, глаза их выражают все тяготы и сложности, через которые прошли эти люди во время войны и в послевоенное время. Девушка продолжает свой рассказ и говорит, что ее отец, как и многие ветераны войны, был скуп на рассказы о своих фронтовых буднях. Поэтому больше всего Эсма говорила о том, что она сама хорошо помнит, или что узнала из военных архивов отца.

– Мой папа и после окончания войны не спешил снять с себя военную форму, – продолжает Эсма, – с 1994 года работал в Очамчырском военном штабе, участвовал и в майских событиях 1998 года. Диверсионные вылазки грузинских бандитов в приграничный Галский район, как помните, не прекращались и после 1998 года. Надо было охранять эту территорию, и отец всегда активно в этом участвовал. Со временем наша семья переехала в Очамчыру. И мама дома часто оставалась одна со мной и моими младшими братьями-близнецами.

Рассказывая об очередной поездке своего отца в Галский район, у девушки на глаза навернулись слезы.

– Этот момент я никогда не забуду, – после некоторой паузы продолжает она. – Это был 1998 год. Отец в очередной раз участвовал в операциях по зачистке. И вот он вернулся домой. Все, естественно, счастливы. Помню, он на машине приехал, а на ней была прикреплена сверху лодка. Я же маленькая была, и залезла в нее играть. Отец несколько раз предупредил меня, чтобы я к ней не подходила, но я его не послушалась. А на лодке большое красное пятно было. Я не сразу поняла, что это была кровь. Но когда догадалась, мне стало не по себе. Наверное, я тогда поняла, что на войне убивают. И раз мой отец воевал, значит, и он убивал? Мне от этого очень больно было. Страшно. Спустя какое-то время я у него спросила, убивал ли он? Но отец промолчал, ничего не ответил. Когда я повзрослела, то поняла, что ему приходилось убивать ради спасения нашей Родины, ради мирной жизни, ради счастья нас с вами. Много раз я просила его рассказать о войне, о том, каково это – воевать, не страшно ли было? Но он нам ничего не рассказывал. Естественно, когда у нас дома бывали застолья, он всегда вспоминал своих боевых товарищей. Вот тогда он о войне мог что-то рассказать, и когда я накрывала на стол, ухаживая за гостями, всегда краем уха слушала его истории. Но когда я попадала в поле его зрения, он всегда говорил про меня: «Это моя боевая фронтовичка». Видимо, потому, что мы всю войну находились в блокадном Ткуарчале.

– Как-то я познакомилась с солдатами, которые были в его подчинении в Очамчырском военном штабе. Я поинтересовалась у них, каким он бывает с ними, – делится со мной Эсма, – и мне рассказали, что в работе он волевой, строгий, серьёзный и не унывающий несмотря ни на что. Но дома я не помню его строгим. Я не помню, чтобы он меня когда-нибудь ругал. Даже если я что-то не то делала, мне хватало одного его взгляда, чтобы понять это. Он считал, что послевоенным детям нужно уделять больше внимания и проявлять к ним больше заботы. Но в то же время он нас не баловал, считал, что все должно быть в меру. Я помню один его рассказ: после того как закончилась война, он приехал за мной и мамой в Ткуарчал. Помню, мы шли по городу и по дороге встретили знакомого нам человека, который угостил меня конфетами. Был сентябрь, во дворе было тепло, и конфеты у меня в руках растаяли. Отец, когда увидел это, спросил у меня: «Эсма, почему ты не ешь конфеты? Они же растаяли». Я спросила у него: «А что такое конфеты?» Представьте, я не знала, что это такое. В войну порой нам есть было нечего. И отец, вспоминая это, всегда по-особенному относился к послевоенным детям.

После окончания школы Эсма хотела пойти по стопам своего отца – поступить на военное учебное заведение, но выбрала более женскую профессию – выучилась на психолога.

– Отец всегда говорил, что девушка не должна носить военную форму, держать в руках автомат, – говорит она.

В 1999 году на Руслана Асабуа было совершено покушение. Эсма рассказывает, что ее отец был одним из тех, в чьей смерти были заинтересованы грузины. Он чудом тогда остался жив, перенеся несколько операций. Но эти раны дали о себе знать позже. Он серьезно заболел, и в июле 2008 года ушел из жизни.

Эсма рассказывает, что боевые друзья до сих пор его помнят. В особые дни они приходят к ним домой, идут на кладбище, вспоминают добрым словом своего друга. И из их рассказов родные Руслана Асабуа узнают что-то новое о своем сыне, супруге, отце. То, о чем он – настоящий герой войны – так не любил рассказывать…

В 2008 году Руслан Асабуа посмертно был удостоен медали «За отвагу».

Эсма АРДЖЕНИЯ