ЕСЛИ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ

Щемящая грусть, душевные терзания, согревающая сердце тайна любви, размышления о духовной природе добра и зла, неоправданной жестокости мира и уверенность в торжестве добра, в то, что если есть у человека любовь, он будет счастлив, несмотря ни на какие жизненные тяготы, – в стихах Олега Маргания (Маан), вошедших в сборник «Убитая птица». Книга увидела свет в Сухуме в Абхазском издательстве в 2003 году.

Глубокие, искренние, идущие из глубины души, очень лиричные стихи, заставляют задуматься о смысле жизни, о назначении человека, пробуждают духовные силы, способные противостоять испытаниям. Так, как это умел делать Олег. Сила его духа поистине поражает. Он никогда не ныл, не жаловался, не жалел себя и был счастлив, хотя судьба не была к нему благосклонна. За 24 года в его жизни было две радужные полосы: счастливое детство в семье любящих родителей – поэта Владимира Марганиа (Маан) и учительницы русского языка и литературы Маргариты Аслиян и любовь к будущей жене Лауре Черкезия, а между этими полосами – чернота. Это время его службы в армии, когда, окончив военно-инженерные курсы по специальности ИМР (инженерная машина разграждения), он был направлен со своей машиной к месту Чернобыльской аварии, где получил повышенную дозу радиации, после чего приходилось периодически проходить обследование и лечение. Порой он дышал с помощью ингалятора. А он находил в себе силы радоваться каждому прожитому дню, любил, писал тайком от всех стихи, мечтал. Вернувшись из армии, женился на любимой девушке Лауре Черкезия. В стихотворении «Нечаянные грезы» есть такие строки:

Однажды совсем не случайно

Коснулся тебя я рукой,

Но ты не заметила. Тайна

Осталась навеки со мной.

Ту тайну, словно святую,

Берег я, неся за собой.

И даже в минуту лихую

Расстаться не думал с тобой.

А вот еще пронзительная нота, заставляющая сжаться сердце, словно предчувствие чего-то неизбежного, неминуемого:

Все завершил, покончил с мелочами,

И суета осталась позади.

И вот сейчас с рассветными лучами

Птиц выпускаю из своей груди.

Тяжело читать помещенную в книге биографию Олега и две статьи о нем, о его творчестве, написанные моим коллегой Владимиром Цвижба «Война без правил» и писателем Борисом Гургулиа «Лучи прерванной жизни». Тяжело, потому что невозможно привыкнуть к зверствам, которые чинили грузинские оккупанты во время грузино-абхазской войны. В один из дней они ворвались в сухумскую квартиру Олега. Его связали, а беременную на восьмом месяце Лауру подвергли истязаниям и унижениям, распороли живот и вытащили ребенка. Затем Олега и Лауру расстреляли. Когда произошла эта трагедия, отец Олега Владимир воевал в рядах Абхазской армии. До глубины души трогают читателя помещенные в конце книги стихи убитого горем отца:

Как снисходителен ты был

К моим наивным идеалам!

Жалел меня и не судил,

Я жив – тебя не стало.

Убитая птица – это убитая жизнь, прерванный полет мечты, любви, счастья. И только память может воскресить птицу и вернуть крылья мечте.

Лейла ПАЧУЛИЯ