С ИСКРЕННИМ НЕДОУМЕНИЕМ

Мнение

Прочел в «Нужной газете» за 16 июня 2016 г. статью историка из Абхазского государственного университета Алексея Папаскира «Абхазам нужна подлинная история своего народа». Амбиции автора статьи очень велики, вполне очевидна его обида на абхазских чиновников и Правительство республики, вручающих ордена, титулы академиков и Государственные премии не ему, а другим ученым, по его мнению, менее заслуженным и патриотичным. Местами особенно где речь заходит об основном объекте нападок А. Папаскир – академике Олеге Бгажба, статья принимает характер откровенного доноса, напоминающего о незабвенных временах Лаврентия Павловича Берия и его присных. О.Х. Бгажба, оказывается, «слабый организатор», он «не полностью освободился от влияния грузинских фальсификаторов», его гражданскую позицию «трудно назвать безупречной», да и вообще уровень у нее, как удалось измерить А. Папаскир, «невысокий». А в конце статьи автор проговаривается, откровенно признавая цель её написания: «уговаривать уже своих абхазских чиновников оградить наших детей от подобных же фальсификаций, выходящих из-под пера теперь уже некоторых своих титулованных историков». То есть ставка делается на административный ресурс, на цензуру, на затыкание рта инакомыслящим, а определять, что именно является фальсификацией, видимо, будет сам Алексей Папаскир.

Вполне очевидно, что О.Х. Бгажба, археолог и историк, ученый с мировым именем, глубоко антипатичен Алексею Папаскир, не соответствует его представлениям о настоящем ученом и подлинном патриоте. Что еще не нравится господину Папаскир и что он хочет изменить? Следующая и не менее важная мишень для его обличений – Абхазский институт гуманитарных исследований (АбИГИ), который он с явной иронией называет «Центром абхазоведения». В чем суть претензий? АбИГИ, как считает Папаскир, «не справляется со своими обязанностями», целенаправленно проваливает важные задачи, имея своей целью исключительно «увековечить старые бесславные работы» своих сотрудников. Не завершена и не опубликована многотомная «История Абхазии», не подготовлен к изданию сборник, направленный на опровержение пресловутых грузинских «Разысканий по истории Абхазии/Грузия» (1999 г.).

При этом Институт не хочет «переходить на грантовую систему, чтобы, принимая заказы, зарабатывать деньги». Представляя Российскую Федерацию, где грантовая система функционирует уже давно, могу сказать только одно: и правильно делает АбИГИ, что не хочет на нее переходить. Гранты, по сути, раздаются чиновниками, а уверены ли мы, что чиновники лучше, чем ученые, знают, что нужно для Абхазии и для развития науки в Абхазии? Гранты в первую очередь пойдут на пиар-акции, имеющие быструю отдачу, а не на многолетние и фундаментальные исследования.

Как считает А. Папаскир, АбИГИ тщетно отчитывается количеством изданных книг и защищенных диссертаций, ведь в них нет «не только значимых, но заметных открытий». Что показательно, подобных претензий А.Папаскир не выдвигает к другим научно-исследовательским центрам Абхазии, к тем же Абхазскому государственному университету, Центру стратегических исследований при Президенте РА. Странное у господина Папаскир представление о науке, тем более об исторической.

Что же касается работы Абхазского института гуманитарных исследований, ни у кого из специалистов или же просто заинтересованных наблюдателей не вызывает сомнений, что у этого крупнейшего исследовательского центра Абхазии есть свои проблемы. Во-первых, слишком малое количество молодых и подающих надежды специалистов. Видимо, некоторые профессора Абхазского государственного университета недостаточно хорошо выполняют свою важнейшую функцию – обеспечить существование кузницы кадров для многопрофильной гуманитарной науки Абхазии (а ведь А.Папаскир в должности профессора ведет там, вроде бы, пять учебных дисциплин…). Кроме того, не будем забывать о копеечных, даже по меркам Абхазии, зарплатах сотрудников АбИГИ. В итоге АбИГИ явно стареет, ведь тому же Олегу Бгажба уже почти 75 лет, а руководителю отдела археологии Игорю Цвинария – почти 78.

И тем не менее. Достаточно сравнить отдачу (КПД) АбНИИ и однотипных с ним учреждений по всему Кавказу. А я вас уверяю, что аналогичные исследовательские центры Северного Кавказа финансируются из российского бюджета ощутимо лучше, чем АбНИИ. Где же их «открытия», где организованные ими археологические экспедиции, проведенные ими научные конференции, изданные ими монографии и сборники трудов? На этом фоне Абхазский институт явно выигрывает по всем позициям.

В то же время АбНИИ, «не осилив», пока что, многотомной «Истории Абхазии», создал много такого, за что любой гражданин Абхазии, да и просто друг Апсны должны быть ему глубоко признательны. Опубликован фундаментальный и доскональный «Абхазский биографический словарь» (2015 г., редактор В.Ш. Авидзба), совместно с российскими учеными создана выдержавшая два издания (в престижной академической серии!) коллективная монументальная монография «Абхазы» (2007, 2012 гг., ответственные редакторы Ю.Д. Анчабадзе и Ю.Г. Аргун), издан великолепный трехтомник научных трудов Владислава Ардзинба (2015 г.). Издаются, кроме сборников трудов, многотомные сборники документальных источников по истории Абхазии XVIII-XX вв. Недавним событиям, трагическим и героическим страницам истории Абхазии, посвящены фундаментальнейшие монографии В.М. Пачулиа и А.Ф. Авидзба.

А. Папаскир (научные работы которого по указанной выше причине никому не известны за пределами Абхазии) безосновательно волнуется, что в переиздаваемой сейчас во всем мире академической справочной литературе в первую очередь в энциклопедиях «политическая и историческая элита Грузии» внедряет свою концепцию, лишающую Абхазию как прошлого, так и настоящего или будущего. Он ссылается на вышедшую в 2004 г. в Москве «Энциклопедию стран мира», где Абхазии как страны просто нет. Следует напомнить уважаемому профессору, что Российская Федерация признала независимость Республики Абхазия 26 августа 2008 г. Соответственно, в 2004 г. РФ признавала «территориальную целостность» Грузии в границах бывшей Грузинской ССР, из чего и исходили авторы энциклопедии. Сейчас же в выходящих томах «Большой Российской энциклопедии» (или БРЭ, работа над этим аналогом «Большой Советской энциклопедии» близится к концу), Абхазия представлена в надлежащем объеме и вполне достойно (чем занимается, кстати, автор этих строк), а в Сухуме каждый может убедиться в этом, посмотрев тома БРЭ в Национальной библиотеке или в библиотеке АбНИИ.

Чем еще, кроме книжной продукции, оправдывает свое мизерное бюджетное финансирование АбНИИ? Научными конференциями и археологическими экспедициями. Ежегодно проводится несколько научных абхазоведческих и кавказоведческих форумов, собирающих ученых из разных стран (в том числе из пресловутого дальнего зарубежья), издаются их материалы. Отношение к Абхазии в мировой интеллектуальной элите в результате медленно, но неуклонно меняется. Археологические экспедиции, во-первых, приносят бесспорные открытия (к примеру, во всем мире очень велик интерес к находкам нашей совместной Ткуарчалской археологической экспедиции), во-вторых, создают международное содружество абхазоведов, привлекая к этой тематике ученых не только из РФ, но и из стран Евросоюза. Но все это неинтересно Алексею Папаскир. Важно лишь то, что его заслуги перед абхазоведением не оценили».

Алексей Папаскир почему-то уверен, что историей Абхазии занимается одно из направлений абхазоведения (или же самостоятельная наука) – историография. Вынужден его разочаровать, обычно даже студенты-первокурсники знают, что историография является не более чем одной из специальных исторических дисциплин (или наук), занимающейся историей исторической науки, то есть анализом основных тенденций и проблем в осмыслении нашего прошлого. Кстати, и столь любезным сердцу А. Папаскир обличением всяческих фальсификаций и борьбой с лженаукой. А самим нашим прошлым занимается история, древнейшим же прошлым – археология, которую называли «историей, вооруженной лопатой».

Опубликованная А.Л.Папаскир монография (докторская диссертация) «Обезы в древнерусской литературе и проблемы истории Абхазии» (2005 г.) производит двойственное впечатление. Вполне логичные и справедливые инвективы против «грузинских фальсификаторов» во главе с очень престарелой Мариам Лордкипанидзе уже не новы и не интересны. В Абхазии все это уже и без того всем известно, а для научных изданий России и других стран это, мягко говоря, не актуально.

О профессионализме А. Папаскир как историка свидетельствует и тот факт, что на «Аргонавтику» Аполлония Родосского он ссылается не по научным комментированным изданиям переводов, а по популярному школьному пересказу Н.А. Куна «Легенды и мифы древней Греции». И это не единичный случай в его «научной методологии», их можно множить и множить. Еще более потрясает, когда А. Папаскир в качестве первоисточника, в том числе по греческой мифологии, ссылается на роман Д.Л. Мордовцева «Прометеево потомство». Так мы скоро дойдем до ссылок в научных работах на романы Донцовой и Марининой. И такой уровень «науки» нам следует считать эталонным, такие, с позволения сказать, «специалисты» имеют право оценивать работу своих коллег и целых научных коллективов? О чем здесь еще можно говорить?

Чувствуется все же, что Алексей Папаскир не является профессиональным историком, ему ближе, видимо, филология (он же изначально был кандидатом филологических наук!), изучение российско-абхазских литературных связей (Алексей Папаскир «Абхазия в русской прозе XIX столетия». Сухум. 2004). Что же, тема интересная и нужная, можно пожелать ему успеха в ее разработке, но не стоит считать себя «гуру» и ученым во всех науках.

Александр СКАКОВ, кандидат исторических наук, координатор рабочей группы Центра изучения Центральной Азии и Кавказа Института востоковедения РАН, научный сотрудник Института археологии РАН, заслуженный деятель науки Республики Абхазия, руководитель (с российской стороны) совместной российско-абхазской археологической экспедиции (с 2002 г.)

г.Москва, специально для газеты «Республика Абхазия» (Печатается в сокращении)