Поломать традиции. И как говорится в абхазском тосте, иметь сотню детей. Реально это?

Защита прав не рожденного ребёнка

Интервью с председателем парламентского Комитета по социальной политике, труду и здравоохранению А.Гургулия было на тему, которая стала волновать нашу общественность с того момента, как Парламент решил принять Закон о поправке к Конституции РА «О государственной защите жизни матери и не рожденного ребёнка».

– Апполон Алмасханович, почему все депутаты Парламента, за редким исключением, подписались под предложенным коллегой Саидом Харазия проектом Закона о поправке к Конституции РА? Поправка не куда-нибудь, а в Конституцию. Это же надолго! – Да, 28 из 30 присутствовавших депутатов проголосовали «за» во время второго чтения. Потому что наши депутаты – граждане Абхазии, и из них процентов 80 – участники войны 1992-93 годов. Они прекрасно себе представляют, в каком состоянии находится демография в республике. Знают, что за поправками в дальнейшем последуют конкретные меры. Ситуация в мире в этом вопросе по сравнению с нашей страной совсем противоположная. Идет перенаселение планеты. И в некоторых странах разрешают и даже поощряют аборты, проводят стерилизацию мужчин и женщин, например, в Китае, Индии, где плотность населения высокая, а природных ресурсов не хватает на всех.

– Да, демографическая проблема – серьезная для Абхазии, но почему её решение ложится только на женщин?

– Решение проблемы ложится не только на женщин, но и на хозяина семьи, то есть на мужа, и на государство, которые должны брать ответственность за материальное обеспечение, создание нормальных условий для женщины при воспитании детей.

– На недавней пресс-конференции Спикер Парламента Валерий Бганба сказал, что мужчины не несут никакой ответственности, если будет нарушен этот Конституционный Закон…. Вы с этим согласны?

– На женщине больше лежит моральная ответственность, но если муж и жена согласованно идут на такой шаг, то они должны и ответственность нести одинаково. Они оба не имеют права лишать жизни не родившегося ребёнка. Но больше всех ответственность несет тот медработник, который проводит аборт. Это уголовно наказуемое деяние.

– Что предусмотрено?

– Такой поступок приравнивается к убийству, но наверняка юристы решат конкретно, какое наказание должен нести медработник.

– Но вы как-то раньше говорили, что женщина, совершившая аборт, не несет ответственности уголовной…

– Она является матерью ребенка, и, соглашаясь идти на такой шаг, она несёт ответственность. Моральную в первую очередь. О том, что это вред её личному здоровью – физическому и психическому, знают все. Много раз рожавшая женщина здоровей женщины, сделавшей аборты многократно. Вообще она должна продумывать, что не просто делает аборт, а лишает жизни собственного дитя, родного ребёнка.

– Давайте вернёмся к вопросу, какая должна быть всё-таки мера ответственности?

– Уголовная ответственность. Так написано. А какой будет эта уголовная ответственность… Закон поступит во все инстанции, и правоведы будут разрабатывать соответствующие изменения в статьи Уголовного кодекса страны.

– Я хотела бы поговорить и о Законе «О здравоохранении»… Мы с вами абхазцы, поэтому знаем, что есть и тонкости в этом вопросе. Понятно, что и в Законе «О здравоохранении», и в поправках к Конституции в основном речь идёт о замужней женщине, у которой есть возможности воспитывать и т.д. Спикер Парламента говорил об опыте чеченцев, а в нашей газете было написано о решении демографической проблемы в Чили после запрета абортов. И там, и там увеличилось население. Но в той же Чили, думаю, другие нравы – отличающиеся от наших. В Абхазии всё построже. Скажем, у нас немало вдов, они остались во время войны или после аварий на дорогах без мужчин, они в молодом возрасте, живые люди… Молодая девушка может оказаться в какой-то ситуации по глупости или насилию над ней… Что им делать? Они или должны будут убить своего ребёнка, или их самих убьют их родственники. Такие факты у нас известны, и немало, я о них писала и знаю поэтому, о чём сейчас говорю. Какой здесь выход, учитывая наш менталитет? Вы, наверное, это тоже продумывали?

– Ну да! Конечно, обычаи, нравы народа всегда играют роль. Есть писаные и неписаные законы общества. В нашем обществе больше всего верховенствуют морально-этические нормы. Наш древний народ, находившийся в окружении вражеских государств, всегда сталкивался с проблемой демографической, она менялась постоянно. У нас даже в тостах застольных есть пожелание, помимо здоровья и мира, иметь сто детей. Это означало, что всегда была проблема людских ресурсов. Поэтому поощрялись большие семьи, многодетность. И наверняка из-за этого у нас существовало многоженство, хотя наши ученые-историки не очень это рекламируют. Одним из элементов института многоженства по сей день является авартэа, вторая жена. Вторую жену в дом приводила та женщина, у которой не было собственных детей, она сама её порой выбирала. Муж и жена согласованно вводили её в свою семью.

Сегодня, естественно, по разным причинам в стране стало меньше мужчин, а женщин больше. И некоторые моральные ценности в нашем обществе, я считаю, должны пересматриваться – с целью улучшения демографии. Если мы так будем идти дальше, а наше государствообразующее население и так маленькое, будущее наше окажется плачевным. Поэтому, сообразно этой складывающейся ситуации, какие-то наши устои надо пересматривать.

– Вы считаете это возможным?

– Если в обществе нормально проводить разъяснительную работу, я думаю, это возможно. Наши соседи, наши братские страны смогли многое пересмотреть. В той же Чечне ещё шла война, а нация уже росла в количественном плане. К концу войны население в ней увеличилось в два раза.

– Я два года тому назад была в Чечне. Мне там рассказывали, что на одного взрослого мужчину сегодня в среднем по статистике 11 с половиной женщин. Правда, детей у всех много, и по три-четыре жены у мужчины.

– Если есть с кого брать примеры, то этим не надо брезговать, думаю. И если у нас молодежь детородного возраста – и девушки, и парни – ходят несемейными, это неправильно. Парня надо обязать жениться, а девушку… если ей за тридцать, то сказать: или роди, или где хочешь возьми ребёнка, воспитай для себя. Этим она старость свою обеспечит. И в этом мы не должны её упрекать, считаю.

– Знаете, есть здесь и другая сторона: не каждая молодая женщина захочет быть матерью-одиночкой. И ей сложно одной воспитывать своё дитя. Другое дело, когда у неё был муж, и он, допустим, погиб, развелся с ней. Это психологически совсем иное.

– Конечно. Но и сегодня есть матери-одиночки, которых опекает государство. Есть предусмотренные в бюджете статьи расходов для этого. Да, нежелательно, чтобы матери-одиночки были, однако ведь это не всегда от них зависит.

– Зависит, видимо, от отца ребенка – согласится ли он признать своё отцовство, дать ребёнку свою фамилию, сможет ли материально поддерживать женщину на стороне и т.д.

– Всё может быть в жизни. Легче всего осуждать. А нужно понять, выяснить, почему что-то произошло. А узнав, изучив, поняв все проблемы, – поддержать. Общество должно занять здесь активную позицию.

– Кто будет в обществе этим заниматься конкретно, создавать мнение, менять психологию, чтобы дальше решить проблему демографии? Какой чиновник должен этим заниматься?

– Государством ты не обяжешь, естественно. Должен менталитет меняться.

– А может, общественные движения займутся? Движение матерей, например.

– Да. И общественные организации, и советы старейшин. Все-таки мы – кавказцы, и всегда прислушивались к старейшинам. В ломке традиций – в данном случае наносящих вред нашему будущему – от их слова может зависеть многое, общество спокойней воспримет их слово.

– Что в только что принятом Законе «О здравоохранении» учтено в поддержку проблемы, о которой говорим? Закон опубликован в нашей газете, но, пожалуйста, изложите коротко.

– Имеете в виду то, что касается защиты матери и ребёнка? В Законе (в бюджете и в соответствующих фондах тоже) предусматриваются дородовые и послеродовые отпуска. От третьего ребенка и выше матери считаются многодетными, на каждого ребенка после троих детей выплачиваются по 500 рублей, если детей от 7 до 10 – по 750 рублей, от 10 и выше – по 1 000 рублей. Мало, конечно, но это по возможности, на сегодняшнем этапе. Наверняка общество и государство должны продумать материнский капитал – наподобие того, что выплачивается в России. Надо создать демографический фонд, другие фонды привлекать.

У нас из года в год, по статистике Минздрава, около тысячи абортов делается. Это официально, а реально – в три-четыре раза больше. Представьте себе, что с 1999-го по 2014 год произведено (по официальной статистике) до 14 тысяч абортов, а реально – до 40 тысяч. О запрете абортов во многих странах законы принимались, а потом отменялись – когда они достигали определённого уровня. Например, в Румынии, когда последний президент Чаушеску вступил в свою должность, население страны составляло 5 миллионов человек. И сразу же он внёс закон о запрете абортов. К окончанию 30-летнего его правления (Чаушеску свергли и казнили – это такая благодарность за прирост румынов?!) население Румынии выросло многократно и сегодня составляет уже 30 миллионов. Я три дня назад слушал о том, что в Бразилии, которая сегодня по численности населения не уступает России, в году делается всего 1 600 абортов. Это в Бразилии, в стране, где сотни миллионов проживают! А мы ничего не боимся, хотя на грани исчезновения находимся, аборты налево и направо проводим… Не думая о завтрашнем дне.

– Там, наверное, государственная поддержка другая. И менталитет, о котором говорили, другой – отличается от нашего, думаю, разительно.

– Все наши устои надо пересмотреть – исходя из той ситуации, в которой сегодня находимся. Я это повторяю ещё раз.

– А как вы будете запрещать беременным женщинам ездить в Грузию, ездить в Россию делать аборты? Это будет нашим большим бичом или нашей большой головной болью.

– В чужую семью мы не будем вмешиваться. Есть Закон. И мать должна знать об ответственности. Эту ответственность должен разделять и супруг, как уже отметил. Некоторые женщины наверняка делали аборты без согласия мужчины. Но одно точно: в Абхазии мы не будем делать аборты, это по Закону будет преследоваться. Выезжать будут? А вы посмотрите, кто фактически производит аборты. Женщины из обеспеченных семей.

– Значит, нагрузка на бедных и несчастных. И они будут нам решать демографическую проблему. А те, кто может воспитывать без проблем, материально обеспечен, – будут в стороне, да?

– Нет. Именно последних и касается Закон.

– Каким образом? Может, вводить штрафы, заставляющие иметь не двоих, а пятерых?

– Должна быть выработана определённая программа по улучшению демографической ситуации, и следует учесть в ней много направлений.

– А сделать такую программу реально?

– Будем её инициировать, привлекать общественные организации, государственные структуры. Я считаю, что Саид Харазия нужную поправку в нужное время предложил внести в Конституцию. Она нашла отражение и в Законе «О здравоохранении», это 40-я статья – «Поощрение материнства. Гарантии охраны здоровья матери и ребёнка». В ней сказано, что государство признаёт право на жизнь не рождённого ребёнка с момента его зачатия, что государство устанавливает ответственность за искусственное прерывание беременности в соответствии с уголовным законодательством за исключением случаев антенатальной гибели плода.

Давно надо было что-то делать. Думаю, мы сможем прийти к хорошим результатам.

Интервью вела Заира ЦВИЖБА

P.S. В окончательном чтении Закон о поправке к Конституции Республики Абхазия «О государственной защите жизни матери и не рождённого ребёнка» еще не принят. Поэтому мы еще ждем от наших читателей мнений о том, нужен он нам или нет. Или рассуждений, конкретных предложений, как улучшать демографическую ситуацию в нашей стране.