ДОБРО ПРОДЛЕВАЕТ ЖИЗНЬ

Над Москвой сгущались сумерки. Каждый день в это время начинался обстрел. Защитники столицы готовились к нему. Среди них была и тоненькая большеглазая девчушка Таня Стручкова. Вместе с друзьями она дежурила сначала на улице, чтобы было видно, где и куда сбросят зажигательные бомбы фашистские самолеты, а затем бегом на крышу, спасать дома от пожара. Эти так называемые «зажигалки», которые не взрывались, а вызывали пламя, молодые люди хватали специальными щипцами и сбрасывали вниз.

Тане было всего 15 лет, когда началась Великая Отечественная война. Она родилась и выросла в Москве, всем сердцем любила свой красивый древний город, особенно Красную площадь, где возвышался величественный Кремль и белые купола с крестами старинных храмов смотрели высоко в небо. Она знала, что готова на все, чтобы защитить его. Когда Тане исполнилось 16 лет, Коминтерновский военкомат направил ее на учебу в автошколу. Училась она на «отлично» и вскоре ей доверили преподавать автодело. Однако ученики, намного старше нее, больше любовались красивой преподавательницей, чем слушали, хотя ухаживать никто не решался, уж больно серьезная была.

Это видно и по фотокарточке в водительском удостоверении, которое я рассматривала, будучи в гостях у моей соседки Татьяны Федоровны Галкиной (в девичестве Стручкова, создав семью, она взяла фамилию мужа). Красивая, юная, а в глазах необычайная внутренняя сила! В те далекие военные годы она решительно заявила, что пойдет на фронт. «Вместе со мной, – рассказывает Татьяна Федоровна, – ушли на оборону Москвы и мои однокурсницы по автошколе. Мы выезжали на передовую, подвозили боеприпасы, ополченцев, увозили раненых. Погибли все мои однокурсницы, только я осталась в живых. В Генеральном штабе сухопутных войск нужны были водители, и с передовой меня направили по целевому назначению в автобазу штаба, я попала в шестую колонну на Крымской площади, где обслуживала Управление бронепоездов и бронемашин, всю войну, до победы. Выезжали в любое время дня и ночи, а мне еще приходилось ездить на машине без лобового стекла (вылетело при столкновении с грузовым автомобилем). Московские зимы, как известно, суровые. А мы весь день на морозе, на застуженных руках кожа до крови трескалась, и дома холодно, керосин не всегда удавалось достать, если повезет – вскипятишь чайник, но что поделаешь, притерпелось. Тогда всем было плохо. После работы в Генштабе я работала в конструкторском бюро академика Берга».

Заслуги ветерана перед советской родиной были отмечены многими правительственными наградами, медалями «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-45 гг., «В память 800-летия Москвы» и другими.

Спрашиваю: «Что больше всего осталось в памяти и сердце?»

– Бомбежки. С наступлением темноты бомбили и бомбили. Вначале очень страшно, а потом привыкаешь. – Как вы узнали о долгожданной победе?

– Я ждала машину. Мимо ехал начальник моей шестой колонны, остановился, вышел из машины и сказал: «Таня, война закончилась». Конечно, было всеобщее ликование. Все поздравляли друг друга, подбрасывали военных в воздух.

– А кого из той военной поры вспоминаете с особой теплотой?

Лицо Татьяны Федоровны осветила улыбка:

– Сергея Евгеньевича Клименко, праправнука Пушкина. Он был зенитчик, начальник расчета. Нас познакомили, и мы сдружились. После войны Сережа поступил в Институт иностранных языков, на японский факультет. Мы вместе ходили на танцы. В то время танцы устраивали в любой военной академии, а мы танцевали в общевойсковой академии имени Фрунзе под оркестр. Однако это было редко. В основном мы были заняты учебой, работой, надо было встать на ноги, найти свой путь в жизни.

– Этот парень ваша первая любовь?

– Нет. Мы просто дружили. Полюбила я другого человека и вышла замуж позже.

– А как вы попали в Абхазию?

– Моего мужа направили на работу в НИИ «Атолл» (ныне ГИАНА).

Много лет Татьяна Федоровна работала на Сухумской санэпидемстанции, проверяла большое количество объектов по всему городу. Почти каждый день, встречаясь на остановке, мы подолгу общались, благо с транспортом в районе Маяка всегда проблема. За все годы знакомства я не помню ее чем-то недовольной, говорящей на повышенных тонах. Всегда доброжелательная, улыбчивая. Однажды она сказала: «Всю жизнь мне везло на людей, такое доброе отношение ко мне всегда было». А может, это потому, что добро притягивает добро? На вопрос: «Что помогает человеку жить долго?», Татьяна Федоровна ответила: «Имеют значение не только питание, но и образ жизни, образ мыслей, позитивный настрой. Недовольство, раздражительность, плохое настроение создают плохую энергию, которая притягивает неприятности еще и еще. А если человек расположен к добру, приветлив, доброжелателен, плохое чаще всего обойдет его стороной, потому что добро умножает добро и продлевает жизнь».

О женском возрасте говорить не принято, но, я думаю, это не тот случай. Можно только радоваться, что Татьяне Федоровне 91-й год и в таком почтенном возрасте она сама может и прибраться, и еду приготовить. Впрочем, и память у нее хорошая. Она – интересный собеседник. Слушая ее воспоминания, ярко представляешь Москву военной поры, и сопереживаешь, и испытываешь чувство гордости за людей, за народ, которому было так трудно, но он выстоял и победил в жестокой схватке с врагом. К сожалению, супруг Татьяны Федоровны Михаил Галкин уже ушел из жизни, но рядом сын Владимир, который всегда поймет и поддержит. С праздником 8 Марта, Татьяна Федоровна! Здоровья Вам и долгих лет жизни!

Лейла ПАЧУЛИЯ