СИРИЙСКИЙ КРИЗИС: НОВЫЕ ТЕНДЕНЦИИ

Международная жизнь

Ситуация вокруг Сирии и активизация российского присутствия в этой стране продолжает динамично развиваться. Прежде всего, российская и сирийская стороны выступили с рядом заявлений, фактически косвенно подтверждающих рост российского военного присутствия в стране и наличие дальнейших планов в данном вопросе. Эти заявления прозвучали на фоне новых сообщений западных СМИ о наращивании российских сил в Сирии, в частности, появления на аэродроме близ Латакии российских танков Т-90 и артиллерии, а также около 200 российских морских пехотинцев. Параллельно начали обозначаться позиции ряда региональных игроков, вовлеченных в сирийский кризис.

Так, российский Генштаб выступил с примечательным заявлением, в котором не исключил создания базы ВВС в Сирии. «Пока таких планов нет, но всякое может быть», – заявил замначальника Генштаба ВС РФ Николай Богдановский. В свою очередь госсекретарь США Джон Керри сообщил, что Кремль предложил переговоры российских и американских военных по поводу Сирии. Наконец, представитель Сирии при ООН Башар Джаафари заявил, что России должно быть позволено наносить удары по позициям группировки «Исламское государство» на территории Сирии точно так же, как это делают США. На этом фоне четко обозначил позицию и подходы Москвы и постпред РФ при ООН Виталий Чуркин: «Совместная работа над урегулированием конфликта в Сирии, а также над осуществлением сделки по иранской ядерной проблеме, даст России и США возможность для улучшения двусторонних отношений».

На фоне заявлений Москвы в Вашингтоне наметились сдвиги в вопросе о контактах между США и Россией. Так, в администрации президента США изучают возможность проведения переговоров Обамы с Президентом России Путиным. При этом подход Вашингтона к российской активности в Сирии в настоящее время сохраняет два основных компонента: США выступают за вовлечение России в коалицию против «ИГ» под своим руководством, но против российской помощи Башару Асаду. Эта двойственность отражает внутреннюю дискуссию в администрации США, где наметились разногласия по политике в отношении России. В частности, сталкиваются два подхода: один предусматривает взаимодействие с Россией по Сирии, второй нацелен на сохранение изоляции Москвы.

Параллельно стали намечаться позиции ряда ключевых внешних региональных игроков сирийского конфликта. В первую очередь появились подтверждения согласованности действий Москвы и Ирана в Сирии. По данным ливанской газеты «Ас-Сафир», в сентябре Москву во второй раз за два месяца посетил командир иранского подразделения «Аль-Кудс» Касем Сулеймани, являющийся центральной фигурой в военных усилиях Ирана в Ираке и Сирии. Сообщается, что иранцы и русские достигли общего видения, а переброску российских военных в Латакию планируется завершить 24 сентября.

Дипломатическую активность начал проявлять Израиль. По данным западных СМИ, израильская сторона главным образом озабочена развертыванием на территории Сирии современных российских систем вооружений, в частности, систем ПВО (ранее сообщалось о появлении в Сирии комплекса «Панцирь») и их возможной передачей сирийскому режиму и ливанскому движению «Хезболла».

Примечательно, что молчание по развитию ситуации в Сирии продолжают хранить Турция, Саудовская Аравия и Катар. В то же время в последние дни определенная, хотя и достаточно глухая активность наметилась и в этом плане: начала проявляться позиция Турции, которую изменение силового баланса в Сирии затрагивает напрямую с учетом планов Анкары по прямому военному вмешательству в конфликт и формированию буферной зоны на севере Сирии. В силу этого, а также ряда других факторов, Турция негативно реагирует на действия Москвы. По данным турецких СМИ, Анкара выразила российской стороне свою озабоченность, отметив, что они ухудшают ситуацию в Сирии.

Между тем, в последние дни энергетический аспект наметился и в действиях российской стороны: 15 сентября состоялся визит в Сирию заместителя генерального директора российской компании «Стройтрансгаз» Игоря Казака, который обсудил с премьер-министром страны Ваилем Аль-Хальки возможности сотрудничества в нефтегазовой отрасли, в частности, восстановления некоторых нефтяных скважин на территории Сирии.

Несмотря на то что продолжение активных боевых действий в Сирии делает в настоящее время маловероятным реализацию проектов в энергетической сфере, данный шаг Москвы отражает стремление России обозначить свое присутствие в Сирии в энергетическом аспекте. Присутствие России в прибрежной зоне сирийской территории предоставит Москве эффективные рычаги воздействия на ситуацию в Средиземноморском регионе. Данный энергетический аспект, присутствующий в действиях Москвы наряду с геополитическими факторами, приобретает особое значение с учетом ожесточенной борьбы, развернувшейся в настоящее время вокруг маршрутов поставок энергоносителей в Европу в условиях украинского кризиса.

Давид АРУТЮНОВ

(Из газеты «Голос Армении»)