ОСТАЛСЯ БИНОКЛЬ С ЦЕЙСОВСКИМИ СТЕКЛАМИ…

Светлая память

В дирекцию Абхазского государственного музея обратился депутат Сухумского городского собрания Роланд Гамгия. Он рассказал, что во время визита абхазской делегации в российский город Тамбов – побратим Сухума, он познакомился с директором областного краеведческого музея Владимиром Павловичем Середой.

Тот поделился с Роландом, что музей чрезвычайно заинтересован в помощи сухумских друзей. И вот почему. В селе Арженке Тамбовской области восстанавливают музей-усадьбу купца Михаила Васильевича Асеева. Интересы этого человека трудно определить коротко. Он был известен как меценат, вел активную общественную деятельность, принимал участие в качестве гласного в работе Городской Думы. Принадлежал к образованному купечеству. Судя по некоторым письменным свидетельствам, состоял в приятельских отношениях с Антоном Павловичем Чеховым. Они одновременно учились на медицинском факультете Московского государственного университета. Асеев поступил в МГУ в августе 1879 года, Чехов учился курсом младше. В эти годы студенты увлекались литературой и театром. Асеев был знаком по Тамбову с В. Гиляровским и актером В.Давыдовым, и, конечно, отношения эти продолжились и в Москве. После занятий Асеев с друзьями посещал лекции Владимира Ключевского по русской истории. Как сказано в биографии Михаила Васильевича Асеева, «в стенах Московского университета формировался не только будущий врач, но и гражданин России».

Архивные записи свидетельствуют: Михаил Васильевич был не только образованным человеком, но и обладал, как в прошлые времена говорили, многими талантами.

А вот идеалы Великой Октябрьской социалистической революции семья Асеевых не разделяла, и все они уехали за границу. Но одна из дочерей Михаила Васильевича – Софья – оказалась в Абхазии. Сегодня уже невозможно проследить, каким именно образом. Старшее поколение сухумчан, вне всякого сомнения, помнит заведующую лабораторией в Сухумской детской поликлинике Софью Михайловну Асееву. Это она и была. Софья Михайловна родилась 23 мая 1896 г. в селе Арженке Тамбовского уезда, училась в Тамбовском Александринском институте благородных девиц. По окончании института в 1913 г. поступила в качестве слушательницы на Высшие женские курсы. Предполагается, что медицинское образование С. М. Асеева получила в Тифлисском университете. Нам удалось найти в сухумском доме Софьи Михайловны Асеевой справку с печатью на бланке Института инфекционных болезней имени И.И. Мечникова Мосздравотдела от 1 декабря 1931 г. В справке говорится, что выдана «сия заведующей Центральной химической бактериологической лабораторией и Пастеровской подстанцией НКЗ ССР Абхазии врачу С. М. Асеевой в том, что она с 1-го октября по 1 декабря 1931 года работала в следующих отделениях института для изучения постановки лабораторного дела и усовершенствования в знаниях в группе автовакцин, серологической группе, на ст. Пастера, в группе детской инфекции, в отделении коревой сыворотки, в биохимическом отделении, в протозоологическом отделе».

Признаюсь, что нам повезло с этой справкой, поскольку во время Отечественной войны народа Абхазии был уничтожен не только Государственный архив, но и архив детской поликлиники, и информацию об Асеевой мы собирали буквально по крупицам. Сначала мы поговорили с ее коллегой, ныне действующим врачом Сухумской детской поликлиники Инессой Алексеевной Михайловой. По словам Михайловой, Софья Михайловна начала работать в детской поликлинике г. Сухума с 1930 года. Поликлиника, которая сначала именовалась детской профилактической амбулаторией, затем диспансером рабочей молодёжи, диспансером для детей и подростков и, наконец, детской поликлиникой, была создана стараниями известного сухумского врача Екатерины Леонидовны Шевалье. Проработала Софья Михайловна в поликлинике до середины 70-х годов. Инесса Алексеевна подчеркнула, что Екатерина Леонидовна привлекала к работе в поликлинике лучших специалистов. Приглашала даже из других городов Советского Союза. По инициативе Шевалье в сухумских школах стали проводить уроки физкультуры, создавались кружки по оказанию первой медицинской помощи.

Вместе с Инессой Алексеевной мы отправились в дом еще к одной Екатерине – Екатерине Ильиничне Самарец, которая много лет проработала с Софьей Михайловной в лаборатории поликлиники и, по словам самой Екатерины Ильиничны, заменила Софье Михайловне дочь. Собственных детей у нее не было.

– В Абхазии я оказалась в двадцатых годах, – рассказала Екатерина Ильинична, – Софья Михайловна буквально подобрала меня на улице. Время было голодное, и я, как и многие другие дети и подростки, оставшиеся без родителей, тянулись на юг, где, по крайней мере, можно было не бояться обморожения даже в зимнее время. Родом я была из Воронежа. Не знаю, как бы сложилась моя жизнь, если бы не Софья Михайловна. Она сразу взялась за меня, определила на медицинские курсы для девочек. Благодаря ей я и получила медицинское образование, она устроила меня в медицинскую часть СФТИ, где я и познакомилась со своим будущим мужем Николаем Самарцом.

– Даже после того, как у меня появились дети, я по настоянию Софьи Михайловны продолжала учиться, – вспоминает Екатерина Ильинична, – как только появлялась возможность поехать на курсы повышения квалификации, она меня тут же старалась записать… Помню, как я переживала из-за детей… Ведь они были маленькие. По этой причине мы с Софьей Михайловной даже ссорились… Но она была очень принципиальной в профессиональных вопросах.

Екатерина Ильинична Самарец до последних лет жизни Асеевой поддерживала с ней теплые, можно сказать, родственные отношения. Но, увы, мы не смогли узнать других подробностей о жизни Софьи Михайловны – интервью с Екатериной Ильиничной складывалось непросто. Полгода назад у нее произошел инсульт, и говорить ей тяжело. 6 августа Екатерине Ильиничне исполнилось 90 лет. В этот день коллеги по детской поликлинике вместе с именинницей праздновали ее юбилей в ресторане «Басла». Рядом с Екатериной Ильиничной были ее сыновья – очень заботливые и внимательные.

Один из сыновей – Николай – проводил нас в дом, где жила Софья Михайловна. Николай отлично знает это место, ведь в детстве, по его словам, он часто бывал в этом доме. Он рассказал, что умерла Софья Михайловна в 1993 году, и он был на ее похоронах. Последнее время за ней ухаживала одна из молодых коллег, ей Асеева и отписала свою квартиру на втором этаже небольшого домика на горе Чернявского, которую мы называем Сухумской горой. На первом этаже этого же дома жила Екатерина Леонидовна Шевалье.

Сегодня второй этаж временно не обитаем. Семья, живущая на первом, редко заглядывает наверх, хоть, по словам хозяйки, приходится терпеть неудобства: наверху давно нет стекол, дверь балкона, с которого открывается прекрасный вид на море, почти сгнила от дождей и сырости. Дом долго был необитаем вообще, дождь и время уничтожили вещи, большую часть мебели и даже пол. В одной из комнат нам пришлось перепрыгивать с балки на балку.

– Иногда молодые художники просят разрешения подняться и взглянуть на море из комнаты прежней хозяйки, – говорит живущая на первом этаже женщина, – я пускала несколько раз. Вид из окон действительно прекрасный…

Николай рассказал, что с молодости у Софьи Михайловны было редкое для женщин хобби – она страстно любила рыбалку, и с этого самого балкона в бинокль с цейсовскими стеклами вглядывалась вдаль, изучая обстановку: стоит ли идти рыбачить, что обещает погода? Этот бинокль, который Софья Михайловна подарила в свое время ему, Николай передал Роланду Гамгия – для тамбовского музея. Это была первая вещь из личных вещей Софьи Михайловны, оказавшаяся у нас.

А когда мы еще дома у Екатерины Ильиничны два часа искали в семейных альбомах хоть самую крохотную фотокарточку Софьи Михайловны, Николай сказал, что это напрасный труд:

– Во-первых, в те времена фотографировались значительно реже, а во-вторых, она как-то избегала этого… Как потом я понял, – добавил Николай, – она ведь единственная из семьи не уехала за рубеж, вот и старалась оставаться незаметной, неузнанной… А связь с родственниками каким-то образом – даже в те непростые времена – удавалось поддерживать.

Признаюсь, когда мы стали подниматься в дом, я не переставала надеяться, что мы найдем что-то важное. И предчувствия меня не обманули. В старых чемоданах и просто на полу я нашла маникюрные ножницы, кое-какие предметы личного пользования и, главное, журналы на иностранных языках, разные рецепты из серии «как сохранить здоровье и продлить молодость». По словам Николая, Софья Михайловна за своим здоровьем очень следила.

Вместе с Роландом мы с разрешения наследницы дома вынесли развалившийся, но подлежащий реставрации старинный чайный столик, кое-какие журналы с пометками Софьи Михайловны (Николай Самарец узнал ее почерк). Старинный сундук в хорошем состоянии, также, судя по всему, принадлежащий Софье Михайловне (к сожалению, он пуст), мы оставили на месте, как и другую мебель.

Помимо процитированной справки мы нашли два старинных фото. На одном – большая семья, судя по всему – лето в Центральной России, фото без подписи и сохранилось плохо. На обороте второго снимка пометки «14.VIII 1940 г.» и название места, которое мне разобрать не удалось. А ниже – уже почерком Софьи Михайловны – приписка: «Рядом с Киской ее муж, а сидит Владимир Иванович Григорьев».

Отсканированные копии обоих снимков и подписи на обороте я отправила директору музея Владимиру Середе.

Из ответа я выяснила, что Киска – это племянница Софьи Михайловны княжна Ксения Ищеева, дочь ее старшей сестры Екатерины, а надпись, которую я не смогла разобрать, и слово «г. Белград», написаны по-сербски. Именно в Белграде обосновались родные Софьи Михайловны, и найденные нами снимок и журналы – свидетельство, что связь с заграницей у нее все-таки была. Как написали мне из музея, может быть, «потянув за эту ниточку, мы сможем узнать еще многое».

Софья Михайловна прожила в Сухуме до конца своих дней. Похоронена она была на Михайловском кладбище, рядом с Екатериной Леонидовной Шевалье. К сожалению, памятники на могилах обеих женщин-врачей некоторое время назад исчезли.

Может быть, они скрыты под ветками (после ураганов прошлого и нынешнего лета еще не все стволы деревьев на Михайловском кладбище убраны, а о могилах женщин, которые немало сделали для становления здравоохранения в Абхазии, заботиться, в общем-то, некому).

Во всяком случае, остается надеяться, что могилы будут найдены и представители Администрации города Сухума, пригласив гостей из города-побратима Тамбова, смогут показать им не только достопримечательности прекрасной Абхазии, но и провести тропинкой судьбы скромной женщины Софьи Асеевой, жизнь которой уже давно и прочно соединила Тамбов и Сухум.

Юлия СОЛОВЬЕВА

P. S. Благодарю директора Абхазского государственного музея Аркадия Джопуа и научного сотрудника музея Валентина Нюшкова за официально предоставленную информацию.

Ю. С.

На снимках: в центре – отец Софьи Михайловны – Михаил Васильевич Асеев; этот снимок свидетельствует: связь с заграницей все-таки была…