Он жил и погиб как мужчина, защищая Родину

Высокая сознательность, ответственность за вверенное задание, железная дисциплина – это отличительные черты воинов-разведчиков Абхазской армии, героически сражавшихся за свободу Родины в Отечественной войне народа Абхазии 1992-1993 гг. Как на Западном, так и на Восточном фронте они выполняли тысячи ответственных заданий, от их работы зависел исход крупных сражений. О разведчиках вписано немало героических страниц в славную военную летопись. Один из них – боец, связист, разведчик Владимир Иванович Адлейба. Верный своей воинской присяге, долгу перед Родиной, он был готов не только «дать связь», но и с автоматом в руках сражаться с ненавистным врагом. 17 июля ему исполнилось бы 60 лет, но 3 ноября 1992 г. трагически оборвалась его жизнь во время освобождения с.Шромы от грузинских оккупантов.

Владимир Иванович Адлейба родился в с.Члоу Очамчырского района. С детства его называли талантливым и способным. В школьные годы за отличную учебу и активное участие в разных мероприятиях его награждали почетными грамотами, он – лауреат Всесоюзного фестиваля народного творчества, посвященного очередной годовщине Великой Октябрьской социалистической революции.

Владимир успешно окончил Сухумский индустриальный техникум по специальности «Промышленное и гражданское строительство». Служил во Внутренних войсках Советской армии, где был награжден нагрудным знаком «Отличник Советской Армии».

А потом окончил в 1986 году Абхазский государственный университет по специальности «Лингвистика». В этот период он увлекался театром, был актером Молодежного театра, художественным руководителем которого являлся талантливый Мераб Читанава. Владимир исполнил главные роли в спектаклях: «4 Марта», «Родина», «Распутин» и других.

Владимир Иванович Адлейба стал коммунистом. По рекомендации руководства Компартии Абхазской АССР его, с учетом опыта комсомольской, партийной работы, направили на учебу в Высшую партийную школу в г.Ростов, где он учился до начала Отечественной войны в августе 1992 года.

А ещё Владимир Адлейба писал стихи. В них отражался его духовный внутренний мир, его ощущения, переживания за прошедшее, настоящее и будущее своей Родины и за свой народ. В его стихах – самые лучшие человеческие качества: любовь, доброта, милосердие. Каждое стихотворение – это страница его биографии.

Его стихотворения публиковались в литературном журнале «Алашара», газетах «Апсны Капш» и «Ткварчельский горняк». Написанных им стихотворений немного, но они уже остались в нашей памяти.

…1992 год. Август. Начало войны стало полной неожиданностью для Владимира, приехавшего на каникулы из Ростова. Но несмотря на начавшийся процесс мирного урегулирования конфликта, войска госсовета Грузии не думали прекращать кровопролитную войну и продолжали свой план по планомерному уничтожению абхазского народа. Сменив гражданскую специальность на военную, сыны и дочери Апсны, не имея боевого опыта, но не жалея ни сил, ни средств, ни самой жизни, героически сражались с грузинским агрессором. Владимир Адлейба был среди них.

Сегодня о нем вспоминает ветеран Отечественной войны народа Абхазии 1992-1993 гг., командир спецподразделения «Эшера», директор Дорожного фонда Республики Абхазия Заур Хумсаевич Хварцкия:

– Наше знакомство с Вовой (Владимиром) состоялось при весьма интересных обстоятельствах. Приблизительно в середине сентября командующий Гумистинским оборонительным рубежом Мушни Хварцкия поручил мне в кратчайшие сроки подобрать бойцов и сформировать разведывательно-диверсионную роту. Времени на поиски, отбор, фильтрацию и т.п. не было, брать «первых встречных» тоже было недопустимо. Командующий созвал всех полевых командиров и поручил им оказать мне всяческую помощь, что значительно облегчило задачу. Мне оставалось лишь приходить к тому или иному командиру, тот выставлял своих бойцов в строю. Я обращался к ним, начиная со слов. «Мне нужны смертники!». Далее следовал такой набор «драконовских» требований, что согласиться мог разве что сумасшедший. Иного тестирования для отсечения случайных людей попросту не было. При этом замечу, из 30-40 выстроенных бойцов на вопрос: «Кто пойдет со мной?» вместо ожидаемых двух, максимум трех человек, шаг делали пять-семь. Одним из них и оказался Владимир.

Сразу после набора необходимого количества людей и назначения меня командиром, роту «Эшера» (так было решено назвать разведгруппу) быстро засекретили и спрятали в глухом лесу в местечке Уаз-Абаа в Верхней Эшере. О местоположении ее знали считанные единицы: сам командующий Хварцкия и командир Верхнеэшерского батальона Берзения. Всей полнотой информации обладали: командующий и командир отделения Лаша Чкадуа. Бойцам запрещалось даже знать имена друг друга, обращались по прозвищам. А я продолжал присматриваться к ним для выявления в точности «непригодных», тогда и узнал ближе Владимира Адлейба.

В первую очередь бросалось в глаза то, что он молчун – качество ценное, лишнего он не говорил, вопросов вообще не задавал. Складывалось впечатление, что он сразу понял суть и принял «правила игры». Затем я обратил внимание на то, что он на редкость дисциплинирован, собран, ответствен и исполнителен, что, скажем так, не всегда типично для наших ополченцев. Позже выяснилось, что он – офицер в резерве, коих нам так не хватало, и знаний которых в ту пору нам столь не доставало. Словом, человек-находка. Оставалось лишь проверить его в деле… в бою. И такой случай не заставил себя долго ждать.

Не успели мы толком обустроиться, как вдруг командующий приказал отправиться с ротой в Гагрском направлении для участия в намечавшемся наступлении. В данном случае рота использовалась не по назначению, это объяснялось острой нехваткой людей на передовой. Лучше, чем общевойсковая операция для выявления «брака» и для проверки бойцов на предмет «кто чего стоит», и не придумаешь. 1 октября началась операция по освобождению Гагры, в том же бою я получил тяжелейшее ранение в обе ноги и выбыл из строя. Рота «Эшера» продолжала наступление уже во главе с Лашей Чкадуа. Подавляющая часть личного состава проявила себя хорошо. Достаточно сказать, что за шесть дней операции рота вступала в бой шесть раз, в пяти из них участвовал Вова. Ровно через четыре дня после успешного освобождения Гагрской зоны Владимир в составе роты принял участие в неудавшейся (10.10.92 г.) Цугуровской операции. Затем, уже в составе сводного отряда, участвовал (03.11.92 г.) в Первой Шромской операции. Там он и погиб, погиб, как и подобает мужчине, на войне, защищая свой народ и отстаивая его независимость.

А вот, что вспоминает командир роты «Эшера» Арда Георгиевич Миквабия:

– С Вовой я был знаком задолго до начала войны. Правдивый, порядочный и высокой души человек. Вместе с ним я служил в разведывательно-диверсионной группе Зурика Хварцкия. Помню, как перед началом Первой Шромской операции он провел безупречную рекогносцировку местности и изучил рубежи возможного расположения и развёртывания наших боевых сил, маршрутов выдвижения и действия войск. Вова с разведгруппой сумел заранее определить и указать на карте огневые точки и укрепления противника. Он выступал против наступления основных сил Абхазской армии в центральном направлении, но, к сожалению, тогда не были до конца учтены все его разведданные…

Ветеран войны Одик Миджитович Чаблах-оглы добавляет:

– Адлейба Владимир был мне близким и родным человеком, со стороны матери доводился дядей. Мне тяжело вспоминать сейчас, даже после стольких лет, последние дни его жизни, которые во многом связаны с Первой Шромской операцией. Владимир в нашей группе, группе Лёсика Цугба, был радистом, но воевал он не только своим «оружием» – радиостанцией, но и оружием пехотинца – автоматом, ножом. Он не только обеспечивал надежную связь группы с командованием фронта, но вместе со всеми участвовал в прямых боестолкновениях с противником.

Абхазское командование после неудачной Цугуровской операции начало планировать ещё одну – по освобождению Сухума. 3-го ноября, в 3.30 ночи, началась наступательная операция. Владимир Адлейба поддерживал связь со штабом по рации, и через него была дана команда продвигаться вперед. Противник начал оказывать ожесточенное сопротивление, бой перешел в рукопашный. Рассредоточившись на открытой местности, мы начали предпринимать возможные дальнейшие действия. Как потом стало ясно, были и ошибки. Несколько часов по нам «работали» установки «Град», минометы и танковые орудия. Вражеских снайперов был здесь чуть ли не целый взвод, и мы, в большинстве своем раненые, находились под их прицелом, но отвечали, по возможности, ответным огнем из стрелкового оружия. Самолеты и вертолёты противника также начали наносить по нам удары. Ясно было одно: дальнейшее наступление нельзя продолжать. Владимира Адлейба, который находился в нескольких десятках метрах от меня, после разрывов снарядов вокруг, я уже не видел.

Рассказывает командир расчета АГС Мушбей Григорьевич Сангулия:

– С Владимиром Адлейба я начинал служить в разведывательно-диверсионной группе «Эшера» Зурика Хварцкия. После неудавшейся Шромской операции, многие наши боевые друзья не вернулись из боя – более тридцати человек. Мне пришлось участвовать в обмене военнопленными и погибшими. Тело Владимира Адлейба невозможно было узнать: множество пулевых и рваных осколочных ран, пришлось опознавать его по оставшейся одежде. Владимир похоронен в с.Лыхны Гудаутского района…

…27 сентября 2013г. Владимир Иванович Адлейба за мужество и отвагу, проявленные в Отечественной войне народа Абхазии 1992-1993 гг., Указом Президента Республики Абхазия посмертно награжден медалью «За отвагу».

Имя Владимира Ивановича Адлейба сегодня в родном селе Члоу носит школьная библиотека, он остается примером, образцом беззаветного служения своему народу и Родине.

Темур НАНБА, сотрудник Национальной библиотеки им.И.Г. Папаскир