Молодые дизайнеры Абхазии. Наала Кварчия

Наша газета уже писала о молодых дизайнерах Абхазии – Илоне Зантария и Русудан Кобяковой. Мы решили продолжить эту тему, тем более что у нас появилось много талантливой молодёжи, избравшей себе до недавнего времени редкую для Абхазии профессию дизайнера-модельера. И это отрадно, тем более что наши молодые люди выходят на высокий уровень, достигают успехов и получают признание на международных конкурсах и показах. Более того, некоторым это творчество начинает приносить прибыль – вернее, перерастает в бизнес. Та же Илона Зантария, окончившая в Краснодаре дизайнерский факультет, не раз проводившая показ собственных моделей в Сухуме и участвовавшая в различных других показах, вместе с родителями открыла ателье на улице Чачба.

Русудан Кобякова открыла в Сухуме, на улице Лакоба, дизайн-ателье «RUSIKO», чтобы заниматься любимым делом после многих выставок, конкурсов, учёбы, в том числе в школе Вячеслава Зайцева. Напомню, что она собиралась еще учиться в Лондоне, в колледже святого Мартина, но «не доехала», так как в тот год, когда должна была уже ехать, умер её папа. И во второй год не смогла поехать – забеременела вторым ребёнком. А там и все сроки прошли – документ о зачислении на учебу был действителен только на два года. Вернувшись к себе в Сухум и обосновавшись здесь, она решила открыть дизайн-ателье и при нём шоу-рум (выставочную комнату). Русудан вывешивает по одному виду своих моделей, и если покупателю они не подходят по размеру, можно заказать больший или меньший. Русудан Кобякова пришла в мир моды моделями восточного, мусульманского стиля. И хотя она уже моделирует и шьет и другие наряды, восточный стиль остался в её творчестве, и клиенток в Сухуме на такую одежду немало. У Русудан в дизайн-ателье есть помощницы, ткани она берёт у итальянских поставщиков. И, естественно, платит государству все налоги, получает прибыль.

И вот в Сухуме, на проспекте Мира, появился ещё один новый магазин нашей юной сухумской художницы, модельера-дизайнера Наалы Кварчия. Магазин имеет два названия – на абхазском и итальянском – «АБА» и «TISSURA». И реализуются здесь ткани, привезённые ею из Италии.

Наала Кварчия только что окончила дизайнерский факультет Московского текстильного университета имени А.Косыгина и получила специальность художника-модельера. В последний год Наала параллельно училась в Италии, в Милане, в институте Марангони (Istituto Marangoni). Итальянская школа дизайна одежды Марангони – наиболее престижная и старейшая (ей 80 лет) школа дизайна в мире, она имеет свои кампусы (университетские городки) в Милане, Лондоне, Париже.

Это была давняя мечта Наалы – открыть в Сухуме магазин эксклюзивных тканей. Планирует открыть она здесь, над магазином, и дизайн-студию «НаалаМар». Купив ткань, клиенты смогут тут же сшить у Наалы наряд.

– Почему появилась мечта о магазине? – спрашиваю Наалу.

– Потому что в Абхазии проблема с эксклюзивными тканями. Я знаю, что у нас женщины очень любят одеваться стильно, они выезжают в Москву, в Сочи, чтобы приобрести себе ткань или наряд.

Наала знакома нашей публике – у неё уже состоялись показы на сухумском пирсе летом позапрошлого года, на вечере глянцевого журнала деловых женщин Абхазии «Леди-босс» в ресторане «Ерцаху» в декабре прошлого года.

Наала ещё на первом курсе в Москве на конкурсе дизайнеров заняла третье место за оригинальность костюма. Конкурс проходил в её родном текстильном университете, и в нем участвовали 150 студентов из разных московских вузов.

– Но что заставило юную нашу сухумчанку пойти учиться именно в этот институт и на этот дизайнерский факультет?

– Я с детства любила рисовать, ходила к Евгению Котлярову на занятия по рисунку, потом забросила, но в седьмом классе точно решила, что стану дизайнером-модельером. Поэтому я снова года четыре ходила на живопись, а в 11 классе уехала в Москву на курсы – мне нужно было заниматься дополнительно, так как, честно говоря, мои работы очень отставали от работ студентов, обучавшихся там живописи. Полгода находилась в Москве, а в сентябре я уже поступила и училась пять лет, – рассказывает Наала.

– А как попала в Италию?

– В Италию, в институт Марангони, я пыталась попасть ещё с первого курса, но у меня были проблемы с визой, мне в ней отказывали в течение четырёх лет из-за паспорта, который мне выдали в Абхазии. Я решила еще раз попробовать, когда у меня уже появились российские внутренний и заграничный паспорта. Мне поставили визу, и я поехала.

– Вернёмся к магазину. Какие ткани ты привезла?

– Эксклюзивные, из самых последних коллекций, новинок Дольче и Габбана, Армани, Блюмарин, Прадо. Это шёлк, трикотаж, вискоза, шерсть, жаккард – на летние и зимние наряды.

– Кто-нибудь шил в роду у вас?

– Нет.

– Сама шьёшь?

– Да. Я выпускала свои коллекции в Москве и в Италии, а буквально месяц назад выпустила еще одну коллекцию – она четвёртая по счёту.

– Какие трудности у модельера в Абхазии? И сама с ними сталкивалась?

– Самая первая проблема, с которой я столкнулась, – это отсутствие нужных тканей. Потом была проблема с мастерами. Если я придумывала модель, создавала образ, то у нас не могли воплотить её в реальность.

– Моделируешь только женскую одежду?

– Сейчас – да, но в скором времени, когда открою дизайн-студию, планирую моделировать и мужскую, потому что спрос, оказывается, большой.

– Почему в Абхазии мало дизайнеров мужской одежды?

– Вообще найти мужскую одежду, подобрать мужской костюм под себя – очень сложно. Я не знаю, почему у нас такая проблема в Абхазии. У нас мужчины, скорее всего, стесняются. В России или Европе, в Милане, например, вообще не стыдно заказать костюм, многие мужчины шьют у портных.

– Для кого шьёшь? Для худых? Для тех, кто немного в теле, наподобие меня? Или для полных и очень полных?

– Я делаю модель на девушку с маленькими параметрами, но если женщина захочет такую же модель, я с удовольствием сошью именно на неё.

– Как приходит образ одежды? Ты сразу его представляешь на ком-то или он как-то абстрактно рождается?

– Бывает по-разному. Чаще всего могу идти по улице и вдохновиться – в любую минуту. И как только приду домой, сразу начинаю обрисовывать коллекцию. Меня также вдохновляет классическая музыка, я работаю под неё. А бывает, что не знаю, с чего начать. Тогда иду в магазин ткани, и уже разглядывая их, начинаю представлять образы. Бывает и ступор в фантазии, когда опускаются руки и хочется всё бросить, думаю, что это конец, что я ошиблась, не надо было учиться на дизайнера, что это не моё. Такое состояние может длиться несколько дней, а потом проходит.

– Какой вид ткани для работы тебе более удобен?

– Люблю трикотаж и жаккард.

– С какими абхазскими дизайнерами дружишь?

– С дизайнером Саной Тарба, которая учится в Москве, она делает неординарные вещи, которые лично меня вдохновляют на новые поиски. А также с дизайнером Камой Цвижба, работы которой мне также нравятся.

– Кто твой кумир из известных в мире дизайнеров?

– Кристиан Диор. Я удивляюсь простоте и изяществу его моделей.

– Что предпочитаешь носить сама?

– Всё зависит от настроения, но чаще всего это элегантный стиль.

– Расскажи об учёбе в Италии.

– Институт Марангони сильно помог мне раскрыться. Я по сей день скучаю по учёбе. В институт я уходила в 7 утра, а приходила домой в 9-10 вечера, и при этом хотелось и дальше работать, я до утра могла бы сидеть и заниматься, потому что мне очень нравилась та обстановка. Мне очень понравились сами итальянцы, которые вдохновляли меня. Я довольна тем, что у меня была эта учёба, и жалею, что не получилось поступить туда с первого курса.

– Но ведь и Москва что-то дала?!

– Естественно, но я бы предпочла находиться в Италии и учиться в том же вузе с первого курса. В институте Марангони я училась год всего потому, что в Москве уже обрела достаточно знаний, и этого года в Италии мне хватило, хотя программы в вузах были разные.

– А где обрела больше друзей – в Италии или Москве?

– В Италии. Друзей, близких по профессии и по духу. Итальянцы очень напоминают абхазцев.

– А кто будет работать в дизайн-студии?

– Приглашу мастеров из России.

– А местные? Их и сейчас всё ещё здесь нет?

– Другой уровень. Для меня главное – это качество.

– Что можешь посоветовать женщинам Абхазии – различных возрастов?

– В первую очередь пожелала бы, чтобы они отошли от чёрного цвета, от траура. Куда ни глянешь – все ходят в чёрном. Я не считаю это правильным.

– А во что бы ты их хотела одеть?

– Во-первых, в цветное, во-вторых.. ну, не то что в стильное, у нас женщины стильно одеваются, молодежь очень стильная. Не хватает… не знаю… обижать не хочу.

– Но что всё-таки ты хотела бы в наших женщинах изменить?

– Наверное, нужно добавить в их образы больше смелости.

– Кстати, а какой цвет преобладает в твоих коллекциях?

– Всегда бывает по-разному. В первой коллекции – чёрный цвет, во второй – сиреневый…

– Получается, будешь навязывать черный?..

– Да… (смеётся). Но для молодых можно. Чёрное вечернее платье. И подобрать яркие аксессуары, яркую обувь. А не так, чтобы с ног до головы в чёрном, как это чаще всего делается, даже когда человек не в трауре.

– Какой линии придерживаешься в моделях – национальной, классической?

– Классической.

– Каким видишь свое будущее?

– Его я вижу в Абхазии. Если раньше думала, что буду находиться все-таки в России, то сейчас этого себе не представляю. Или бы хотела в Италии работать, стажироваться. Но так как я в Сухуме запускаю студию, я не могу туда уехать. Может быть, где-то через год я уеду туда хотя бы на годик, это моя мечта.

– Ты уверена, что здесь будет спрос и на ткани, и на наряды?

– Уверена. Потому что как только открыла магазин, меня спрашивали: «А можно это у вас сшить?» И ткани покупаются. Даже не ожидала, что будет такой ажиотаж. У нас любят эксклюзив, покупая, интересуются: «Я же одна буду в наряде из такой ткани?»

– Это возможно? Или потом ты будешь рулоны этой ткани выбрасывать?!

– Ходовые ткани привезла в рулонах, а эксклюзивные – по три, пять метров. Потому что знаю, что нужно нашим женщинам.

– Кстати, сейчас пора выпускных балов…

– И очень многие обращаются.

– Конкуренции не боишься?

– Нет. У каждого свой клиент.

– Больших тебе успехов!

– Спасибо.

Вопросы задавала Заира ЦВИЖБА