Гимн справедливости Аслана Отырба

Один из блистательной плеяды

Несчастен тот народ, который вынужден изучать свою историю по чужим источникам – это высказывание историков справедливо, и об этом знают все, кто имеет отношение к реконструкции прошлого. Однако вдвойне несчастен народ, у которого нет выразителей своих интересов, боли и чаяний. К счастью, у абхазского народа всегда были достойные сыны и дочери, готовые пожертвовать ради блага своей Родины личной карьерой, благополучием и нередко самой жизнью. Это Нестор Лакоба, Ефрем Эшба, Константин и Тамара Шакрыл, Аслан Отырба, Владислав Ардзинба...

В этом году одному из достойных представителей этой блистательной плеяды – Аслану Тамшуговичу Отырба исполнились бы 105 лет. Ему было предопределено жить и трудиться в один из самых тяжелых, трагических периодов в жизни абхазов.

Аслан Отырба родился 25 января 1910 года в с. Абгархуке Гудаутского участка. В 1934 г. он окончил сухумскую среднюю школу №10 им. Н.А. Лакоба, затем – Московский институт истории, философии и литературы (1939) и начал работать преподавателем и заведующим учебной частью Сухумского госпединститута. Но в том же году А. Отырба был призван на действительную военную службу. Во время Великой Отечественной войны 1941 – 1945 гг. он находился на разных должностях по политической линии, награждён орденом Красной звезды (1944), Отечественной войны II степени (1945), двумя орденами «Знак Почёта», многочисленными медалями.

В то время как А. Отырба и другие достойные сыны защищали честь и свободу Советского государства на фронтах Великой Отечественной войны, народ Абхазии подвергался геноциду. После гибели главы Абхазии Н. Лакоба в 1936 г. наступил тяжелейший этап в истории абхазского народа. В период с 1937 по 1953 годы стоял вопрос о ликвидации народа как такового. Была обезглавлена нация – уничтожены важнейшие государственные и партийные лидеры Абхазии и практически вся только что народившаяся интеллигенция. Массовым репрессиям подверглось крестьянство. В 1938 г. абхазский алфавит без всяких на то оснований был переведен на грузинскую графическую основу. С 1940 г. абхазский народ запрещалось именовать таковым. С 1941 г. прекратились радиопередачи на абхазском языке. Абхазов практически не стало в руководящих партийных и советских органах. Было начато массовое насильственное переселение мегрелов и грузин в Абхазию. Оно не прекращалось даже в тяжелые годы Великой Отечественной войны.

В таких условиях А. Отырба возобновляет свою трудовую деятельность в Абхазии после демобилизации из Советской Армии. В 1946–1951 гг. он работает пропагандистом и лектором Абхазского обкома Компартии, в 1951–1953 гг. – старшим преподавателем Сухумского госпединститута и Батумского государственного пединститута. В 1953 г. А. Отырба назначается на ответственную должность заведующего отделом пропаганды и агитации Абхазского обкома. После смерти Сталина, в Москве, в ЦК КПСС, был согласован вопрос о назначении Аслана Отырба первым секретарем Абхазского обкома Компартии. Оставалось дождаться утверждения этого решения. И в свои 43 года А. Отырба становился первым должностным лицом в Абхазии.

19-20 сентября 1953 г. в Тбилиси проходил 7 пленум ЦК КП Грузии, на котором выступил А. Отырба. В его докладе приводились факты ущемления интересов абхазского народа. Вот одна лишь выдержка из него: «…В искусственной реорганизации абхазских школ в 1945 г. без ведома и согласия самого абхазского народа. В результате этой реорганизации около 2000 абхазских и русских учителей лишились работы и вынуждены были вообще оставить преподавательскую деятельность. Перевод обучения не был вызван какой-либо существенной необходимостью, он был осуществлен с целью быстрой ассимиляции абхазского населения в самой бесшабашной, грубой форме… Был упразднен ансамбль абхазской песни и пляски. В настоящее время в составе существующего ансамбля числятся всего два абхазца. Попытки ассимиляции дошли до того, что запрещали такие выражения, как абхазский народ, абхазский язык, абхазская литература. В целях искусственного сближения абхазского языка с грузинским, русские, интернациональные и другие слова, которые давно вошли в основной словарный фонд абхазского языка, были заменены грузинскими. Древнеабхазские географические наименования, зачастую и русские, также заменялись грузинскими без церемонии, без какого-либо основания и нужды… Надо сказать, что у нас дело выдвижения и расстановки кадров тормозится. При наличии местных кадров, которые работают и в Москве, и в Тбилиси, и в Прибалтике, и в Крыму, и на Северном Кавказе, в течение целого ряда лет к нам завозятся работники большими партиями в 700 – 800 человек, включая и парикмахеров».

В своей речи А. Отырба подверг резкой критике деятельность на тот момент первых секретарей ЦК КП Грузии и Абхазского обкома партии Мирцхулава и Качарава, заместителя председателя Совета Министров Абхазии Шония, заведующую отделом школ ЦК КП Грузии Лашкарашвили.

Надо заметить, что это выступление было еще одной ступенью в национально-освободительной борьбе абхазского народа. О проблемах абхазского народа ранее говорили представители интеллигенции, а теперь открыто и с высокой трибуны был брошен вызов порочный системе. В период всесилья структур и подразделений Коммунистической партии и, казалось бы, тотального контроля со стороны грузинского ЦК, система получила удар, откуда она не ожидала. Ее разоблачал заведующий отделом пропаганды и агитации Абхазского обкома КПГ, да еще к тому же человек, чья кандидатура фактически была согласована на должность первого секретаря Абхазского обкома Компартии, об избрании на который после этого выступления не могло быть и речи. Аслан Тамшугович, безусловно, знал, на что шел, но это был его выбор, выбор человека, не пожелавшего заключать сделку со своей совестью.

В 1958–1975 гг. А. Отырба работает на должности заместителя Председателя Совета Министров Абхазии. Несмотря на очень опасный по тем временам ярлык «абхазского националиста», Аслан Тамшугович последовательно и принципиально отстаивал национальные интересы Абхазии, содействовал созданию и развитию культуры, науки, образования, учреждений здравоохранения и курортов. Он был инициатором многих государственных и партийных решений, направленных на восстановление ущемленных прав абхазского народа, активно занимался возвращением и подготовкой абхазских национальных кадров. Он пользовался огромным авторитетом в абхазском народе, был одним из лидеров национально-освободительного движения, его слово часто имело ключевое значение на многочисленных сходах и митингах. А. Отырба оказывал помощь деятелям абхазского национального движения, в силу возможностей защищал их от преследований и репрессий тбилисских властей.

В 1975–1987 гг., после ухода с должности зампредседателя Совмина Абхазии, Аслан Отырба руководил Абхазской организацией общества «Знание». Он вел большую работу по пропаганде научных знаний. Известный абхазский историк А. Куправа, работавший вместе с А. Отырба, свидетельствует о том, что «своей умелой и энергичной деятельностью он высоко поднял авторитет этой организации».

Выдающийся государственный и политический деятель Абхазии, достойный сын абхазского народа Аслан Тамшугович Отырба ушел из жизни 9 января 1990 года, не дожив чуть более двух недель до своего 80-летия. Абхазский историк И. Марыхуба справедливо заметил: «Через призму практической деятельности А. Т. Отырба можно охарактеризовать все, что пережили, испытали на себе Абхазия и ее народ в 50 – 60-е годы 20 века».

Абхазский историк В. Пилия, нашедший в одном из российских архивов и опубликовавший выступление А. Отырба на Пленуме ЦК КП Грузии, дает ему следующую характеристику: «Только одно это выступление Аслана Тамшуговича в Тбилиси свидетельствует о том, что он был одним из активных организаторов борьбы за свободу и независимость абхазского народа в начале второй половины 20 столетия… В нем гармонично сочетались народная мудрость, смелость и мужество. Аслан Отырба занимал одно из ведущих мест в обществе, в историческом движении народа Абхазии. Его побаивались даже грузинские власти, зная, какая у него крепкая связь с народом. Некоторые представители грузинских властей даже старались приблизить его к себе, сделать «своим человеком», но у них это не получилось. Правдивое слово А. Отырба оказалось сильнее грузинских лжи и интриг».

Действительно, его выступление в Тбилиси стало свидетельством торжества порядочности и преданности интересам своего народа над карьерой и личным благополучием. Его можно и нужно поставить в ряд следующих очень значимых и знаковых событий в новейшей истории Абхазии: с письмом в ЦК КПСС К. Шакрыл, Б. Шинкуба и Г. Дзидзария 1947 года, с письмом сестер Екатерины и Тамары Шакрыл Сталину 1952 года и выступлением В. Ардзинба на I съезде народных депутатов СССР в 1989 г., которое затем было названо «гимном справедливости» и «речью Цицерона в Сенате».

Разве проблемы, ставившиеся во всех перечисленных письмах и выступлениях, не перекликаются друг с другом? Не звучат ли эти вопросы также актуально и сегодня? Эти проблемы стали для абхазского народа «классическими». Они сегодня такие же животрепещущие, как и во времена видных деятелей абхазского национально-освободительного и просветительского движения. Авторы этих выступлений видели далеко вперед. Они знали, что проблемы, о которых они говорили, являются болевыми точками нашего народа, и от них зависело и зависит самочувствие абхазского народа.

Аслан АВИДЗБА, кандидат исторических наук